«Очень подходящее заглавие выбрал г. Чехов для нового маленького сборника своих рассказов. В целом они действительно напоминают сумерки, когда замирающий свет не дает глазу резких контуров и определенных красок, когда эта своеобразная незаконченность образов, оборванность перспектив, смутность освещения вызывают в вас странное, хотя и всем знакомое чувство тихой, ленивой и в конце концов приятной...
Критическая проза М. Кузмина еще нуждается во внимательном рассмотрении и комментировании, включающем соотнесенность с контекстом всего творчества Кузмина и контекстом литературной жизни 1910 – 1920-х гг. В статьях еще более отчетливо, чем в поэзии, отразилось решительное намерение Кузмина стоять в стороне от литературных споров, не отдавая никакой дани групповым пристрастиям. Выдаваемый им за своего рода...
«С Джоном Сиддонсом случилось большое несчастье: он влюбился в Мери Дельтон. У Мери были такие глаза, волосы, нос, руки, ноги, фигура, какие могли быть только у неё и ни у кого больше. Достаточное основание, чтобы влюбиться без ума. Вот как это произошло…»
«– Отец дьякон, полно тебе свечи жечь, не напасешься, – сказала дьяконица. – Время вставать. Эта маленькая, худенькая, желтолицая женщина, бывшая епархиалка, обращалась со своим мужем чрезвычайно строго. Когда она была еще в институте, там господствовало мнение, что мужчины – подлецы, обманщики и тираны, с которыми надо быть жестокими. Но протодьякон вовсе не казался тираном. Он совершенно искренно...
«Буквально за три дня до Рождества неожиданно начался такой снегопад, что в белом убранстве оказался и весь пригородный коттеджный поселок, и лес, его окружающий. В сочетании с тихой, безветренной и не по-зимнему солнечной погодой это добавляло в предпраздничную атмосферу какой-то особой прелести и красоты…»
«…Был такой глупый ангел, по имени – Дормидон. Все ангелы, известно – от дыхания божия: дохнёт Господь – и ангел, дохнёт – еще ангел. А тут погода была плохая, чихнулось – и вылетел ангел от чоха, оттого и несуразный. …»
Это незабываемое время будет наполнено приключениями, весельем и любовью. Отец мечтает заботиться о Лаки и помогать во всем, и еще не знает, что по истечении «безумного» месяца дочь решит больше не видеться с ним, считая, что у нее своя дорога, по которой она пойдет одна. Вот только согласится ли Антэн с таким намерением? Алан мечтает, чтобы Лаки забыла обо всем, кроме их любви. И попытается сыграть...
Весь цикл произведений носит исповедальный характер. В книгах читатель сможет со вниманием проследить диалог человека с ангелом. Неслучайным является факт названия первого литературного сборника «Ангельский свет».
В тайге терпит крушение вертолёт. Люди, находившиеся на борту, оказываются отрезанными от цивилизации. Но это не самое страшное, ведь на них охотятся вооруженные наёмники. В такой ситуации никто не откажется от помощи и будет считать спасителя ангелом-хранителем.
…Любовь… она на многое способна. Она волнующа, нежна и бесподобна! Попробовав большой любви глоток, Искать уже желаешь весь исток. И даже мёртвые сердца и ледяные В любви теплеют и становятся живые.
XXI век давно уже забыт. Люди изменились. Изменились мировоззрение и правила, ценности остались в прошлом. И казалось бы, история забыта. Но всегда есть кто-то, кто помнит и пытается помнить. Есть те, кому из поколения в поколение передавали истину, на которую нельзя закрыть глаза, которая должна жить и переходить дальше. Два брата. Два разных мира. Две противоположности. Они оба переполнены максимализмом и...
«Свет в шахте погас неожиданно. Аварийное питание не включилось, и вообще вся техника разом смолкла: отбойные молотки, транспортер, вентиляционные вытяжки… Тишина, навалившаяся на Африканыча, оглушила не меньше, чем рев турбореактивного двигателя, посредством которого по большим зимним праздникам сдували наледь с центральной площади Мышуйска…»
Будучи подростком, Алан спас жизнь маленькой девочке, а через двенадцать лет она завладеет его сердцем навсегда. Лаки знала, кто ее отец, но никогда не искала его. А Шон даже не подозревал о дочери, пока судьба не столкнула их в ту трагическую ночь. Случайные встречи совершенно изменили их жизни. Хотя, разве в этом мире происходит что-то случайно?!
«За окнами кружился снег. Сначала белые хлопья припудрили раскидистые лапы елочки, всегда с любопытством скребущейся в окно офиса. Потом ватный пушистый слой укрыл капоты автомобилей, припаркованных возле здания. Когда внизу раздался противный скрежет – дворник, вооруженный лопатой, вступил в активную борьбу со снегопадом, – Сергей Петрович Дымов довольно улыбнулся…»
«…Весь цивилизованный мир взволнован ныне ожиданием самых грозных событий. Готовится столкновение между Россией и Англией, и никто не может предвидеть ни исхода этого столкновения, ни возможного размера его, ни значения для остальных народов, ни вероятной роли, которая должна выпасть на долю этих народов. Вместе со страшными событиями, столь фатально и с такою роковою необходимостью надвигающимися на...
«Везде в железнодорожных киосках в Восточной Сибири можно встретить империалистические газеты: английские – „Маньчжуриян Дей Нью“, „Руссиян Дей Нью“, „Азиатик Нью Аженс“ и французские – „Журналь де Пекин“, „Журналь де Сибери“…»
«В одном из городов Италии счастливой Когда-то властвовал предобрый, старый Дук, Народа своего отец чадолюбивый, Друг мира, истины, художеств и наук. Но власть верховная не терпит слабых рук, А доброте своей он слишком предавался, Народ любил его и вовсе не боялся…»
«Был конец мая. Салоны кончались. В Париже становилось пыльно и душно. На киосках красовались соблазнительные объявления о дешевых поездках на берег моря, в горы, в Италию. Очевидно, надо было куда-нибудь уехать…»
«…Подобно всем уездным городам, Он правильно расположен; недавно Построен; на горе соборный храм Стоит, неконченный; дома забавно Свихнулись набок; нет конца садам Фруктовым, огородам; страх исправно Содержатся казенные места, И площадь главная всегда пуста…»
«И Адам явился к Создателю и спросил у Него: «Отец, закончено ли Творение Твое?» – «Закончено», – отвечал Создатель. И тогда Адам спросил у Него: «Совершенно ли Твое Творение? Доволен ли Ты им?» – «Совершенно, – отвечал Создатель. – Я доволен им». Тогда восстал Адам и рек: «Но я недоволен!» И Создатель ответил: «Если недоволен ты Творением Моим – сотвори лучшее». И был вечер, и было утро: день восьмой…»