«Мы живем на рубеже двух миров – оттого особая тягость, затруднительность жизни для мыслящих людей. Старые убеждения, все прошедшее миросозерцание потрясены – но они дороги сердцу. Новые убеждения, многообъемлющие и великие, не успели еще принести плода; первые листы, почки пророчат могучие цветы, но этих цветов нет, и они чужды сердцу. Множество людей осталось без прошедших убеждений и без настоящих....
«Некие злоключения постигли мою статью, написанную недели две тому назад. Она пропала в пространстве. Но я не могу мириться с этим, я хочу – не восстановить ее (восстановить раз написанное нельзя), но повторить то, что в ней было сказано; и даже подчеркнуть мое главное положение, главный вывод, ибо протекшие дни сделали его еще очевиднее…»
«…Легенда рассказывает о далекой от нас эпохе. История двух пифагорейцев Финтия и Дамона и сицилийского тирана Дионисия IV (Старшего) вошла в европейскую литературу. Восходит она к утраченному сочинению ученика Аристотеля, Аристоксена Тарентского…»
«Дистанционный смотритель» – это 50 колонок о современном российском телевидении, написанных в 2011—2016 гг. Из недели в неделю автор делится мыслями и эмоциями с читателями «Новой газеты». О чем говорили и о чём молчали крупнейшие игроки телевизионного рынка? Кого считали своей аудиторией? Кого возвышали и низвергали с эфирного пьедестала? Собранные под одной обложкой тексты становятся ярким...
«Если бы сейчас среди нас жил Гоголь, мы относились бы к нему так же, как большинство его современников: с жутью, с беспокойством и, вероятно, с неприязнью: непобедимой внутренней тревогой заражает этот, единственный в своем роде, человек: угрюмый, востроносый, с пронзительными глазами, больной и мнительный…»
«…Но, говоря без шуток, что заставило г-на Меркли, который, как видно из его стихов, человек не без образования, не без смысла и даже не без блесток таланта, что заставило его издать свои стихотворения в свет? Обратить ими на себя внимание современников он не мог, ибо теперь прошла мода на стихи, теперь только превосходные стихи станут читать, а стихи г. Меркли вообще посредственны; еще более нельзя ему...
«…Потомство! достоин ли я был имени гражданина Российского? Любил ли Отечество? верил ли добродетели? верил ли Богу?.. Я не знал нужды по своей бережливости и по милости Божией, но не имел достатка, имея многочисленное семейство, без способов воспитывать детей, как бы мне хотелось…»
«…Без моего искания удостоенный доверенности, я предлагал нынешнему Императору, Николаю Павловичу, начать Манифест о восшествии Его на Престол так «В сокрушении сердец
«Мир праху этого мирного человека. Что за необыкновенный совместитель! Контролер театра Корша, исторический романист и священник. Старые москвичи не могут себе представить „старого Корша“ без Д.С. Дмитриева…»
« Известий из Крыма никаких особенных, кроме того, что 2 ноября была буря и корабли неприятельские пострадали. Маменька слышала в Хотькове, будто бы в «Городском листке» 12-го числа было напечатано известие о сильном нашем поражении, но это не может быть: иначе в «Московских ведомостях» должно уже было быть перепечатано…»
Литературные наброски, сны и театральные впечатления, перемежаемые рассуждениями о собственной несостоятельности, упреками, страхами, терзаниями. Вечный экзистенциальный кризис и абсолютное одиночество, выплеснутое на бумагу, – эта неудавшаяся сублимация, эти записи, не приносившие облегчения, стали, бесспорно, самым значительным текстом Франца Кафки.
Данный труд отражает лишь набор совершенно случайных (или рандомных – как сейчас принято выражаться) мыслей на совершенно случайные темы. Некоторые из этих мыслей – обрывки памяти; некоторые – умозаключения, имеющие определённую степень объективности (но далеко не высшую); некоторые – простые художественные образы; ну а некоторые из них – лишь намёки на мысль.
«В психологии людей, обладающих матерьяльным и нравственным достатком, есть одно глубоко вкоренившееся чувство: чувство отвращения к людям очень несчастливым, неудачливым, конченым, «бывшим»; или к таким, которые
«Мучаются здесь ужасно. Стоим, несмотря на морозы декабря, в бараках, в грязи, тело близко к телу, и повернуться негде. Нашу роту называют дисциплинарным батальоном. Розги, пощечины, пинки, брань – обыденная вещь. Нечто страшное творится. Солдаты записываются в маршевые роты на позиции, лишь бы отсюда… Вот как мучаются, и сидеть дома нельзя. Надо быть здесь…».
Моя работа главным инженером участка №6 СУ «Куйбышевгидромеханизация» в зимний период 1955—1956 гг. по намыву земляных примыканий к водосливной плотине ГЭС при устойчивым морозе до -30 градусов, объемом 6 миллионов кубометров по принятым самостоятельно новым технологиям работы в зимних условиях. Спасение экипажей земснарядов при затоплении котлована водосливной плотины. Инцидент с управляющим...
«Добрые советы. Домашний доктор» – это народный журнал о здоровье, уникальный и непохожий на другие издания медицинской тематики. А все потому, что основу журнала составляют письма читателей. В них авторы рассказывают свои истории исцеления, делятся рецептами народной медицины, проверенными на собственном опыте, просто обращаются друг к другу за помощью или дают советы тем, кто не может самостоятельно...
«Благотворительность – вот слово с очень спорным значением и с очень простым смыслом. Его многие различно толкуют, и все одинаково понимают. Спросите, что значит делать добро ближнему, и возможно, что получите столько же ответов, сколько у вас собеседников. Но поставьте их прямо пред несчастным случаем, пред страдающим человеком с вопросом, что делать – и все будут готовы помочь, кто чем может. Чувство...
«Добрые советы. Домашний доктор» – это народный журнал о здоровье, уникальный и непохожий на другие издания медицинской тематики. А все потому, что основу журнала составляют письма читателей. В них авторы рассказывают свои истории исцеления, делятся рецептами народной медицины, проверенными на собственном опыте, просто обращаются друг к другу за помощью или дают советы тем, кто не может самостоятельно...
«Добрые советы. Домашний доктор» – это народный журнал о здоровье, уникальный и непохожий на другие издания медицинской тематики. А все потому, что основу журнала составляют письма читателей. В них авторы рассказывают свои истории исцеления, делятся рецептами народной медицины, проверенными на собственном опыте, просто обращаются друг к другу за помощью или дают советы тем, кто не может самостоятельно...
«Добрые советы. Домашний доктор» – это народный журнал о здоровье, уникальный и непохожий на другие издания медицинской тематики. А все потому, что основу журнала составляют письма читателей. В них авторы рассказывают свои истории исцеления, делятся рецептами народной медицины, проверенными на собственном опыте, просто обращаются друг к другу за помощью или дают советы тем, кто не может самостоятельно...
«„В наши дни общего разложения и распада…“ Только эти слова и читаешь во всех газетах, журналах, сборниках. Только и слышишь ноющие и брюзжащие голоса всякого сорта интеллигенции. Обывателя мы меньше слышим, но, конечно, и он ноет. Ноют партийники. Такие самоуверенные люди, как авторы сборника „Литературный распад“, – и те ноют, скрывая, впрочем, нытье за бранчли-востью…»
«Чудный роман! Удивительный роман! Я, признаться, не дочел его второй части, не потому, чтобы он показался мне скучен, вял, бестолков и бездарен; но потому, что я люблю
«Исключения часто интереснее правил. Большинство нормальных людей летом стремятся на юг, хотя в природе все организовано несколько иначе. Птицы на юг улетают осенью, чтобы переждать зиму. А весной – назад…»