«Свет в шахте погас неожиданно. Аварийное питание не включилось, и вообще вся техника разом смолкла: отбойные молотки, транспортер, вентиляционные вытяжки… Тишина, навалившаяся на Африканыча, оглушила не меньше, чем рев турбореактивного двигателя, посредством которого по большим зимним праздникам сдували наледь с центральной площади Мышуйска…»
«Я стоял на крыше дома и смотрел на расстилающийся внизу город, смотрел в последний раз. Все, пора свести счеты с этой глупой жизнью, в которой я не видел ничего, кроме боли и неудач. И в довершение всех бед моя девушка бросила меня, бросила навсегда. А город внизу жил своей жизнью, так же он будет жить и завтра, но уже без меня…»
Будучи подростком, Алан спас жизнь маленькой девочке, а через двенадцать лет она завладеет его сердцем навсегда. Лаки знала, кто ее отец, но никогда не искала его. А Шон даже не подозревал о дочери, пока судьба не столкнула их в ту трагическую ночь. Случайные встречи совершенно изменили их жизни. Хотя, разве в этом мире происходит что-то случайно?!
В недалеком будущем, чтобы укрыться от разных неприятностей, люди носят скафандры. Родители Ани, ученицы 2-го класса самой обыкновенной средней городской школы, укрываются не только от неприятностей – они живут в далёких виртуальных мирах, и ничто их не беспокоит. Ане очень не хватает их внимания, заботы, любви. Хорошо ещё, что бабушка не уходит в свой виртуальный мир. Вместе с ней Аня ищет, как вернуть папу...
«Буквально за три дня до Рождества неожиданно начался такой снегопад, что в белом убранстве оказался и весь пригородный коттеджный поселок, и лес, его окружающий. В сочетании с тихой, безветренной и не по-зимнему солнечной погодой это добавляло в предпраздничную атмосферу какой-то особой прелести и красоты…»
«За окнами кружился снег. Сначала белые хлопья припудрили раскидистые лапы елочки, всегда с любопытством скребущейся в окно офиса. Потом ватный пушистый слой укрыл капоты автомобилей, припаркованных возле здания. Когда внизу раздался противный скрежет – дворник, вооруженный лопатой, вступил в активную борьбу со снегопадом, – Сергей Петрович Дымов довольно улыбнулся…»
«Был холодный ноябрьский вечер. Я только что покончил с весьма плотным обедом, в составе коего не последнее место занимали неудобоваримые французские трюфели, и теперь сидел один в столовой, задрав ноги на каминный экран и облокотясь о маленький столик, нарочно передвинутый мною к огню, – на нем размещался мой, с позволения сказать, десерт в окружении некоторого количества бутылок с разными винами,...
Это незабываемое время будет наполнено приключениями, весельем и любовью. Отец мечтает заботиться о Лаки и помогать во всем, и еще не знает, что по истечении «безумного» месяца дочь решит больше не видеться с ним, считая, что у нее своя дорога, по которой она пойдет одна. Вот только согласится ли Антэн с таким намерением? Алан мечтает, чтобы Лаки забыла обо всем, кроме их любви. И попытается сыграть...
XXI век давно уже забыт. Люди изменились. Изменились мировоззрение и правила, ценности остались в прошлом. И казалось бы, история забыта. Но всегда есть кто-то, кто помнит и пытается помнить. Есть те, кому из поколения в поколение передавали истину, на которую нельзя закрыть глаза, которая должна жить и переходить дальше. Два брата. Два разных мира. Две противоположности. Они оба переполнены максимализмом и...
В сборник вошли рассказы и переводы, опубликованные в 2017—19 гг. в журналах «Новая Юность», «Урал», «Крещатик», «Иностранная литература», «День и ночь», «Redrum», «Edita», в альманахе «Мю Цефея», антологии «Крым романтический».
…Любовь… она на многое способна. Она волнующа, нежна и бесподобна! Попробовав большой любви глоток, Искать уже желаешь весь исток. И даже мёртвые сердца и ледяные В любви теплеют и становятся живые.
«…Был такой глупый ангел, по имени – Дормидон. Все ангелы, известно – от дыхания божия: дохнёт Господь – и ангел, дохнёт – еще ангел. А тут погода была плохая, чихнулось – и вылетел ангел от чоха, оттого и несуразный. …»
«…Весь цивилизованный мир взволнован ныне ожиданием самых грозных событий. Готовится столкновение между Россией и Англией, и никто не может предвидеть ни исхода этого столкновения, ни возможного размера его, ни значения для остальных народов, ни вероятной роли, которая должна выпасть на долю этих народов. Вместе со страшными событиями, столь фатально и с такою роковою необходимостью надвигающимися на...
«Везде в железнодорожных киосках в Восточной Сибири можно встретить империалистические газеты: английские – „Маньчжуриян Дей Нью“, „Руссиян Дей Нью“, „Азиатик Нью Аженс“ и французские – „Журналь де Пекин“, „Журналь де Сибери“…»
«В одном из городов Италии счастливой Когда-то властвовал предобрый, старый Дук, Народа своего отец чадолюбивый, Друг мира, истины, художеств и наук. Но власть верховная не терпит слабых рук, А доброте своей он слишком предавался, Народ любил его и вовсе не боялся…»
«Был конец мая. Салоны кончались. В Париже становилось пыльно и душно. На киосках красовались соблазнительные объявления о дешевых поездках на берег моря, в горы, в Италию. Очевидно, надо было куда-нибудь уехать…»
Повестью «Андрей Колосов» Тургенев не только сводил счеты с собственным юношеским романтизмом и восторженной мечтательностью; он включался и в общую борьбу с обветшалыми, но еще живучими романтическими традициями. Естественно, что новая, хотя во многом еще и незрелая, повесть Тургенева вызвала одобрение Белинского: «„Андрей Колосов“ г. Т. Л. – рассказ чрезвычайно замечательный по прекрасной мысли:...
«…Подобно всем уездным городам, Он правильно расположен; недавно Построен; на горе соборный храм Стоит, неконченный; дома забавно Свихнулись набок; нет конца садам Фруктовым, огородам; страх исправно Содержатся казенные места, И площадь главная всегда пуста…»
«Прочел Ленотра об Андре Шенье. Мало кто знает, что знаменитый французский поэт был француз только наполовину. Ленотр рассказывает, что Париж и двор Людовика XV настолько поразили и очаровали «одного из восьми богатых вельмож», бывших в свите посла Отоманской империи, вручавшего свои грамоты французскому королю в марте 1721 года, что этот вельможа, возвратясь на родину, в Стамбул, до конца жизни остался...
«По нескольку раз в день приходил я смотреть на их работу, а часто и ночью, при лунном свете: мои гости работали беспрестанно. Когда все другие животные спали, они не переставали бегать снизу наверх и сверху вниз, – можно было подумать, что отдых для них не существует…»