«Любезный друг! Справедливость велит нам неупустительно благодарить тех людей, от коих мы одолжение получаем. Я, будучи одолжен тобою, спешу доказать тебе, не столько по сему правилу, сколько по чувствованию сердечному, новый знак моего дружелюбия и тем желаю оное утвердить между нами. Удивишься ты, любезный друг, прочтя сие выступление: оно тебе весьма невнятно покажется; но еще более удивишься, узнав, что...
Семья Щербаковых недавно переехала в новую квартиру, где делает ремонт. Щербаков-старший в первый день выходит из отпуска на работу. Своей внешностью он сражает наповал всех, кто попадается ему на пути. Коллеги удивлены и всячески его подкалывают. Вечером того же дня Щербаков получает по шее от соседей. И чтобы изменить свою жизнь в лучшую сторону, решается на крайние меры…
«Небольшая страница, вписанная в русскую литературу Щербиной, во многих отношениях напоминает собою антологию Майкова и лишь слабее ее в той степени, в какой и сам автор уступает дарованием певцу „Трех смертей“. Зато Щербина, как известно, имел на ту Элладу, которую он славил, кровное право – право наследника, восторженно любящего сына: он был, в значительной мере с материнской стороны, грек по...
«Театр неподвижности, театр плоскости, театр барельефа, театр актера, театр режиссера… Куда мы идем? Зачем мы идем? Развивается ли театр, упадок ли театра? И еще тысячи вопросов, из-за которых ломают себе головы наши знаменитые критики. Слушая все это, я захотел прочесть по примеру многих лекцию об эволюции театра, но, не обладая даром красноречия, я решил вместо слов доказать на деле, куда театр идет, как...
«Старый Митрофан внимательно оглядел из-под козырька руки горизонт, ограниченный сараем, стойлом, домом, лошадью, двумя свиньями и яблоней, и наметанным глазом зажиточного славянского фермера точно определил, что с юго-востока идет антициклон…»
Москва 20ХХ года: технологии сделали ещё один шаг вперёд, и теперь вместо Интернета – интерактивная сеть, а вместо сотен приложений – глобальная личная программа, с ней дружат, спорят и ссорятся. Новые технологии дали людям новые возможности, они же породили новые проблемы. Усмири свои желания и живи стандартно: играй в виртуальные игрушки, путешествуй, не выходя из дома, ищи партнёра среди...
«Местом обитания Орлена Кордо в те дни была Середина. Если бы его спросили: «Середина чего?» – он лишь пожал бы плечами. Или, в крайнем случае, пробормотал: «Середина ничего. Просто – Середина, и всё». Но никто не задавал такого вопроса. Все, кто общался или мог бы общаться с Орленом, прекрасно знали, что Середина – всего только название планеты, на которой они живут. Кто так назвал её и почему – сведений...
Читайте и, может быть, это натолкнет вас на большее понимание этого вопроса. Что такое эго, и где оно находится. И может быть вы ответите себе на этот вопрос.
«…В нем было всё нужное для того, чтобы сделаться бичом своей семьи. Он родился здоровым; родился богатым – и в теченье всей своей долгой жизни, оставаясь богатым и здоровым, не совершил ни одного проступка, не впал ни в одну ошибку, не обмолвился и не промахнулся ни разу.…»
«Был ясный и солнечный весенний полдень. Воскресный покой, обычно не замечаемый в сумятице большого города, особенно ощущался на вилле, расположившейся рядом с многочисленными городскими домами. Огромный ее сад, вернее, парк, тянулся до самого побережья. Это была одна из тех великолепных вилл, на которых любят жить именитые горожане, стремящиеся укрыться от городского шума и при этом не тратить слишком...
Долгое время общественные науки придавали первостепенное значение вертикальному расслоению общества по классам, этнической принадлежности или полу, недооценивая такие горизонтальные различия, как возрастные группы или поколения. Однако в последние годы ситуация меняется. Внимание науки и общественности обращено к идее поколенческого неравенства [Beckett, 2010; Howker, Malik, 2010; Willetts, 2010; О’Rourke, 2013]. Часто...
«Молодой французский писатель Эстонье написал небольшую, но очень значительную книгу, в которой резкими штрихами изобразил французскую дипломированную молодёжь, – ту молодежь, из которой вырабатываются деятели в областях промышленности и политики. Как произведение искусства, эта книга не выдержит строгой критики: она написана сильно – но торопливо, ярко – но эскизно; она производит впечатление...
«Чего робеешь ты при мне, Друг милый мой, малютка Эда? За что, за что наедине Тебе страшна моя беседа? Верь, не коварен я душой; Там, далеко, в стране родной, Сестру я добрую имею, Сестру чудесной красоты; Я нежно, нежно дружен с нею, И на нее похожа ты. Давно… что делать?.. но такая Уж наша доля полковая! Давно я, Эда, не видал Родного счастливого края, Сестры моей не целовал…»
«…Чувство, возбуждаемое Эдгаром По, в сущности, вовсе и не чувство страха. Вам бояться, по-видимому, нечего: вы сидите спокойно у себя, вокруг вас не совершается никаких ужасов, ваше воображение молчит и не рисует вам ни привидений, ни разбойников, ни убийц; но вами овладевает что-то давящее, вы чувствуете в себе „что-то“, чего в вас не было, и это „что-то“, начинаясь меленькой болью в сердце, затем растет,...
«…Если в Гофмане выразилась Германия и немецкая душа, то в Эдгаре По, напротив, выразился антипод янки, превратившего время, небо и землю в деньги и аршин. Эдгар По как бы хотел выскочить из тех условных форм жизни, которые налагает на всякого американца расчетливый, промышленный дух его отечества; Эдгару По было тесно и узко в условной, расчетливой Америке, привязывавшей его к земле слишком тонкой...
«Уважаемая редакция! Не хочу быть назойливым, но обстоятельства заставляют меня беспокоить вас вновь. Считаю своим долгом сигнализировать о новом случае неправильного использования так называемой машины времени…»
«…Что Поль де Кок не только часто шалун, но часто и циник, – это дело известное; что чтение его романов для детей и слишком молодых людей – никуда не годится: против этого также никто спорить не станет. Но кто же будет спорить против того, что у Поль де Кока есть и свои хорошие стороны: доброта сердечная, теплота души, мастерской рассказ, удачные очерки характеров, оригинальность, веселость?…»
«Я хотел бы быть страшно богатым человеком, чтоб пригласить к себе обедать г. Ростана. Я не пожалел бы никаких денег, – и пригласил бы петь нам Мазини, Таманьо, Патти, Зембрих, Баттистини. Тарелки стояли бы пустые, но… Вместо супа, – пел бы Таманьо. Вместо рыбы, – были бы трели Аделины Патти…»
«Эдмондо де-Амичис родился в Онелья (на берегу Средиземного моря), прошел курс гимназии в Кунео близ Турина и военную школу в Модене. На литературное поприще он выступил весьма рано (в 1867 году), состоя на военной службе, и скоро приобрел известность своими с «Набросками из военной жизни». Это почти юношеское произведение и особенно некоторые его страницы, повествующие о чудесах самопожертвования и...