«Bo всей валенсіанской равнин отъ Кульера до Сагунто не было деревни или города, гд бы его не знали. Какъ только раздавались на улиц звуки его гобоя, мальчишки прибгали во весь опоръ, кумушки звали другъ друга съ жестами удовольствія, а мужчины покидали трактиръ…»
«…Господин Хлестаков, безсмертное создание Гоголя, отнюдь не с потолка взят, а с подлиннаго происшествия списан и очень русской натуре сродни. Однако, как повествует «Русский Архив», дело было несколько иначе, чем в «Ревизоре»…
Этот роман – приятная для чтения история о первой, настоящей, искренней и чистой любви между людьми, в чьих жизнях на каждом шагу встречаются препятствия, которые влияют не только на одного из них, а сразу на обоих. Произведение оставляет приятное ощущение на душе после прочтения, ведь что-то подобное испытывал каждый без исключения, прекрасный роман, написанный легким и понятным языком...
Впервые напечатано в газете «Нижегородский листок», 1896, номер 206, 28 июля, в разделе «Фельетон». В собрания сочинений не включалось. Печатается по тексту газеты «Нижегородский листок».
«Второго эгалитария 346 года эры Галактического братства космический корабль «Рука дружбы» приблизился к планете Валетрикс. Именно этот день должен был стать днем вступления планеты в Содружество. Планета Валетрикс находилась под ненавязчивым наблюдением галактических патрулей в течение последних ста шестидесяти лет…»
«В ноябрьский слякотный вечер шестнадцатого года пришел в госпиталь лазаретный батюшка о. Василий. Маленькая русая бородка клинушком, глаза как у пятилетней девочки. Дождевик в парадной повесил, с часовым у денежного ящика поздоровался (что батюшке по уставу как будто и не полагается) и вприпрыжку по широкой лестнице пошел в коридор…»
Странные события, странное поведение людей и окружающего мира… Четверо петербургских друзей пытаются разобраться в том, к чему никто из них не был готов. Они встречают загадочного человека, который знает больше остальных, и он открывает им правду происходящего – правду, в которую невозможно поверить…
«Невский проспект запружен народом. Как раз та пора дня, когда fine-fleure Петербурга делает перед обедом свой моцион. Густая толпа нарядного люда движется по солнечной стороне, на всем протяжении от угла Литейной и Невского до Полицейского моста, в виде двух параллельных, одна другой навстречу, колонн, выступая истово, медленно, плавно… Озабоченного и делового совсем незаметно в этой толпе. Разве-разве...
«Г-н Теляковский приехал в Москву. Г-н Обухов делал ему доклад. – Ну, а певец такой-то? – Температура – тридцать девять и шесть, пульс – сто двадцать. – Лежит? – Никак нет-с. Поет…»
«Маленькая Катя спросила: – Мама, что сегодня за праздник? Мать отвечала: – Сегодня родится Младенец Христос. – Тот, Который за всех людей пролил кровь? – Да, девочка. – Где же Он родится?..»
«Я хочу рассказать об одном из самых необыкновенных приключений своей жизни, которую вряд ли можно назвать однообразной. Началось оно с того момента, когда я приехал в Англию с молодым джентльменом по имени Скруп, отчасти для того, чтобы проводить его домой после одного случая на охоте, отчасти по другим делам. Я жил некоторое время у Скрупа, или, вернее, у родных его невесты в красивом доме в Эссексе…»
«…Вечер. Юный поэт Кобыльников (он же и столоначальник губернского правления) корпит над мелко исписанным листом бумаги в убогой своей квартире и с неслыханным озлоблением грызет перо и кусает ногти. Уже седьмой час; еще час, и квартира советника Лопатникова озарится веселыми огнями рождественской елки; еще час, и она выйдет в залу, в коротеньком беленьком платьице (увы! ей еще только пятнадцать лет!),...
На Сатурне-Дельта земляне попали в аварию. Чарыева отправили за помощью на соседнюю планету. Там он угодил в лабиринт, где его стали подвергать разным испытаниям.
«Берусь за свои „Мемуары“, побуждаемая не чувством голода, как это делают старая кокотка, генерал в отставке либо бывший министр империи; к числу подобных лиц я не принадлежу. Я всего лишь обыкновенная мебель. Не могу похвастаться своим происхождением, но, подобно любому солдату Бонапарта, носившему маршальский жезл в своем патронташе, я могла бы услугою государству снискать свой „жезл славы“ и...
«Моя хозяйка Зина больше похожа на фокса, чем на девочку: визжит, прыгает, ловит руками мяч (ртом она не умеет) и грызет сахар, совсем как собачонка. Все думаю – нет ли у нее хвостика? Ходит она всегда в своих девочкиных попонках; а в ванную комнату меня не пускает, – уж я бы подсмотрел. Вчера она расхвасталась: видишь, Микки, сколько у меня тетрадок. Арифметика – диктовка – сочинения… А вот ты, цуцик...
«В субботу, 28 января, во втором часу ночи, гимназист 4-го класса Иван Зубрилов в квартире отца своего, статского советника, покушался… написать стихотворение «К ней», но вовремя был остановлен рифмой и угрызениями совести…»
«В психологии людей, обладающих матерьяльным и нравственным достатком, есть одно глубоко вкоренившееся чувство: чувство отвращения к людям очень несчастливым, неудачливым, конченым, «бывшим»; или к таким, которые
«Дневник безумца» – история молодого парня, запертого в сумасшедшем доме. Он уверен, что ничем не болен и с головой у него всё в порядке… В своей адекватности уверена и Кристина; еще одна пленница злополучного здания. Вместе, они планируют побег. Но что если кто-то из этой парочки действительно болен? Что если один из них и вправду сумасшедший?!