«…Лондон одуряет прекрасной весной, зелень на голубом, яркое солнце, неуверенные кривоватые улыбки. Идиллия, но только две с половиной минуты назад. Сейчас офисное здание в Сити разрушено почти до основания, на асфальте красное мешается с тошнотворным, все бегают и кричат о террористах. Меня, конечно, сшибают с ног, ну еще бы, ростом не вышла, да еще норовят затоптать. Не лучшее место для раздумий, но восемь...
На итальянском пароходе, следующем из Европы в Америку, в одном из трюмов начинается пожар. Причина возгорания – легковоспламеняющийся груз, который был взят на борт незаконно. В ответе за случившееся оказался механик Салерно, который втайне принял опасный груз… Что предпримут герои рассказа, читатели смогут узнать из книги.
«Нежарким июньским вечером на съемной квартире начинающего писателя Владимира Буйских происходила грандиозная пьянка, приуроченная к футбольному матчу между столичным клубом «Москва» и его питерским визави «Зенитом». Грандиозной, впрочем, она была лишь в воображении хозяина дома. Главный гость, ради которого и были закуплены три бутылки невыносимо дорогой «Patron Reposado», да что там закуплены – с боем...
Социальная фантастика. Перед читателем предстает абсолютно заорганизованное общество, в котором начинает стираться грань между живыми и мертвыми. Трифонова везли сжигать. Все было как у людей. Стильный гроб, спокойная и печальная в меру музыка. И проводилась видеозапись, конечно. Павел – так звали Трифонова – просматривал иногда подобные в день Поминовения. Но лично не присутствовал никогда на...
Производитель:
Альва-Первая
Дата выхода: февраль 2008
«Ложи, партер и хоры большой, в два света, залы губернского дворянского собрания были битком набиты, и, несмотря на это, публика сохраняла такую тишину, что, когда оратор остановился, чтобы сделать глоток воды, всем было слышно, как в окне бьется одинокая, поздняя муха…»
Недолго погоревала Мира по смерти своего мужа. Снова начались балы да охоты. А народом править поставила она двух сановников, суровых нравом да жестоких сердцем. Сановники были из другого королевства, из того самого, откуда приехала Мира. Народа чужой, дальней страны они не любили, как править этим народом, не знали и заботились лишь о том, как бы все покрасивее в столице выглядело, где дворец королевы...
«Когда кто-нибудь спрашивал Липатыча или Дему, всякий тотчас же, с особой готовностью, показывал в угол длинной и высокой мастерской с огромными закопченными и пыльными окнами, где они оба работали бок о бок: «Вон, вон они, Липатыч и Дема, у нас как же!…»
«Я люблю ночной порою, Вдоль по дремлющей реке, Полный тайною мечтою Плыть на легком челноке, Ветра тихое дыханье, И весла чуть внятный шум, И звезды небес мерцанье, Все питает сладость дум, Легкий челн мой обвивая…»
«…Я вам, товарищ Горьков, очень смешное расскажу про себя: чего мне невтерпеж хотелось – так это графиню бы какую-нибудь, чтобы с ней поспать. Долго искал, даже во сне видел высокая, белая, глаза фактические и – во всем твердость…»
«Конка медленно двигалась в гору по захолустной окраинной улице. Мы с приятелем, художником Краснецовым, ехали в Богородское убивать наступающий летний вечер. Вдруг Краснецов воззрился и поспешно снял цилиндр. – Смотри-ка, смотри! – сказал он, показывая глазами на бедно одетую, простую женщину, которую обгонял вагон. Двое малюток, мальчик и девочка, лет четырех-пяти, держались за ее платье; на левой руке...
Критическая проза М. Кузмина еще нуждается во внимательном рассмотрении и комментировании, включающем соотнесенность с контекстом всего творчества Кузмина и контекстом литературной жизни 1910 – 1920-х гг. В статьях еще более отчетливо, чем в поэзии, отразилось решительное намерение Кузмина стоять в стороне от литературных споров, не отдавая никакой дани групповым пристрастиям. Выдаваемый им за своего рода...
«…На веслах корабль несется так же легко, как при западном ветре. На деке корабля стоит человек и смотрит вперед. Он невысокого роста, но крепко сложен, широкоплеч и, по-видимому, очень силен. У него синие глаза, темные вьющиеся волосы рассыпаются из-под красной матросской шапки по пурпуровому плащу, застегнутому золотою брошью. В его темных локонах мелькают серебряные нити, а борода совсем побелела. Вся...
«Двое сотских – один чернобородый, коренастый, на необыкновенно коротких ножках, так что если взглянуть на него сзади, то кажется, что у него ноги начинаются гораздо ниже, чем у всех людей; другой длинный, худой и прямой, как палка, с жидкой бороденкой темно-рыжего цвета – конвоируют в уездный город бродягу, не помнящего родства…»
Производитель:
Астрель/АСТ
Дата выхода: октябрь 2008
Моя основная работа – писать. Стало быть, работаю я писателем. Сочиняю произведения различных литературных форм. Больше всего, конечно, детективы. Хороший жанр, логичный и добротный. Фантастикой немного балуюсь. Но фантастику, известное дело, каждый дурак сможет писать – сочиняй, что душе угодно, да записывай, а то, насколько это логично, не твои проблемы – жанр все спишет. Исторические романы – вообще...
В каждом – каждом! – из вас живет Мрак. Что-то темное, страшное, мерзкое, могущественное. То, что до поры до времени затаилось у вас в душе, как ядовитый черный тарантул, плетущий внутри вас свою паутину. Паутину ужасов – и желаний. Желаний, которые – поверьте! – много ужаснее ужасов. Что же случится, если однажды такие желания исполнятся? Что случится с близкими вам? Что случится с вами?
Когда речь идет об интересах крупной компании, судьбы рядовых сотрудников мало кого волнуют. Они же пешки, расходный материал, маленькие винтики большой, хорошо отлаженной машины. Их легко можно выкинуть и заменить другими. Однако иногда случается так, что пешки перестают играть по установленным правилам и затевают свою собственную игру…
«Когда люди, заведующие в Одессе судьбами искусства, решали (или предрешали) отдать городской театр на будущий сезон г-ну Багрову, говорят, был высказан такой довод против возобновления контракта с г. Никулиным: «У нас театр был дворянином, он же сделал его мещанином». Не знаю, насколько это верно, но – употребляя итальянскую пословицу, – если это и неверно, то удачно придумано…»
«…На Таганке, перед большим домом, украшенным всевозможными выпуклостями, Бегушев остановился. В доме перед тем виднелся весьма слабый свет; но когда Бегушев позвонил в колокольчик, то по всему дому забегали огоньки, и весь фасад его осветился. На все это, разумеется, надобно было употребить некоторое время, так что Бегушев принужден был позвонить другой раз…»
«Осенью, когда от первого инея закисала лиственница, я с винтовкой отправился на кордон при горной речонке Шипишной, чтобы провести несколько дней на одной из лучших охот. Шипишинский кордон поставлен был на полустанке между заводом Галчинским и пристанью Уралкой, куда лето и зиму везли железо и медь. Движение кладей усиливалось зимой, и транспорты останавливались на кормежку на Шипишинском кордоне, где...
Д. С. Мережковский – выдающийся русский и европейский писатель Серебряного века, поэт, романист, драматург, критик, религиозный философ. Вниманию читателей предлагается цикл его новелл, написанных в духе итальянского Возрождения.
«Что-то разладилось у Глеба и Нади. Скучно стало жить ей в ее тридцать шесть и ему в его сорок. Что-то перестала Надя волновать Глеба сперва ежечасно, потом еженедельно, там уж и ежемесячно. А Наде все труднее получать удовольствие от близости с мужем. Впрочем, как и мужу от близости с ней…»
Алхимия наука очень увлекательная, даже захватывающая. К тому же истинный алхимик стремится совсем не к обогащению золотом, а к постижению истины. Пожилой профессор Стефан Трефуль прекрасно знает это. И именно ради постижения истины Стефан Трефуль решает создать гомункулуса…