«Пуаро и я поджидали к чаю нашего доброго приятеля инспектора Джеппа из Скотленд-Ярда. Но он что-то задерживался. В ожидании его появления мы уселись за круглый чайный столик. Пуаро только что закончил расставлять на столике чашки и чайник с молочником, которые наша хозяйка обычно не столько ставила, сколько швыряла на стол перед нами. Подышав на металлический заварочный чайник, он любовно протер его...
«Признание Эрбера де Лернака, приговоренного к смертной казни в Марселе, пролило свет на одно из самых загадочных преступлений нашего века, подобных которому, по-моему, нельзя найти в анналах преступлений ни одной страны…»
«Все вошло у Иты Гайне в обычную колею жизни кормилицы. Новые интересы, от которых нельзя было ни уклониться, ни убежать, постепенно втянули ее. Наблюдая, как внимательно она оберегала ребенка, чтобы он не захлебнулся, когда его купали, как поспешно она старалась удовлетворить его голод, как нежно прижимала его к груди, когда он тянулся и ласкался к ней, признавая в ней постоянную мать, нельзя было поверить,...
Страшная готическая сказка-притча. Предсмертные записи итальянского художника из Анконы. Действие происходит в Италии с 1463 по 1514 годы. Не все события и факты, описанные в воспоминаниях художника Феру из Анконы, достоверны.
«Прозеванным гением» назвал Сигизмунда Кржижановского Георгий Шенгели. «С сегодняшним днем я не в ладах, но меня любит вечность», – говорил о себе сам писатель. Он не увидел ни одной своей книги, первая книга вышла через тридцать девять лет после его смерти. Сейчас его называют «русским Борхесом», «русским Кафкой», переводят на европейские языки, издают, изучают и, самое главное, увлеченно читают. Новеллы...
Сборник получил ироничное название «Итогдалие» (от «и так далее»), ибо является итогом поэтической деятельности автора за десять лет, и в то же время служит первым шагом в пространство литературы. У Вас есть уникальная возможность проделать путь от Владивостока, Санкт-Петербурга и Москвы до Парижа с взрослеющим поэтом. Если в ранних стихах прослеживается подростковая философичность, то стихотворения,...
«У многих русских читателей существует иллюзия, что русская литература очень внимательно следит за жизнью Запада, что все более или менее выдающееся там тотчас же бывает отмечено, переведено и издано у нас…»
«Иисуса Христа много раз предупреждали, что Иуда из Кариота – человек очень дурной славы и его нужно остерегаться. Одни из учеников, бывавшие в Иудее, хорошо знали его сами, другие много слыхали о нем от людей, и не было никого, кто мог бы сказать о нем доброе слово. И если порицали его добрые, говоря, что Иуда корыстолюбив, коварен, наклонен к притворству и лжи, то и дурные, которых расспрашивали об Иуде,...
«Подлинник писан ямбическим пятистопным стихом древних трагедий. Я старался в переводе соблюсти оный, позволяя себе, однако, в местах и шестистопные и четырехстопные стихи и другие вольности, как то: окончания стихов дактилем вместо ямба. Эти неисправности, ежели их так назвать угодно, можно будет при второй отделке исправить; теперь я более должен был думать о соблюдении смысла и красот подлинника,...
«Через два месяца после своей свадьбы Эрнестина родила. Муж ее, Жюль, был в поле, пахал. Когда стало смеркаться, он выпряг лошадей и вывел к дороге. Лошади были: Маркиза – большая кобыла, серая, в яблоках, и Гарсонэ – тощий и мелкорослый белый конек, с сильно загаженными задними ногами и с хронической язвой на шее. На Маркизу Жюль сел, как на диван, свесив обе ноги на левый бок, и поехал домой…»
Первый раз… Ну, да, тот самый… Как это было?.. Когда?.. Каждый из нас помнит всю жизнь. И когда. И – как… Во многом наши отношения во взрослой жизни строятся от того, каков он был, наш первый опыт?.. Увы, не всегда всё получается, складывается так, как пишут в романах… И, наверное, нет на земле двух одинаковых историй. В представленной книге три рассказа Александра Дунаенко. В них интимные, глубоко личные...
«В одном из тех кварталов Одессы, в которых дома сверху до низу набиты евреями, жили два друга – Давыдка и Ицка. Дом, в котором жили друзья, выходил на улицу длинным глухим забором. Самое жильё – грязное и серое, с навесом, было расположено внутри двора, в заднем углу его. Двор утопал в грязи, и только ряд кое-как положенных где досок, где камней, спасал обитателей от риска по пояс завязнуть в непролазной,...
«Художнику Варгину была поручена часть росписи стен в строящемся новом дворце императора Павла Петровича. Собственно говоря, это сам он, Варгин, называл так свою работу, как будто порученная ему роспись была его оригиналом, а на самом деле ему приходилось довольствоваться более скромным трудом, то есть расписывать стены и плафоны по чужим картонам, так что имени его, как придворного художника, история не...
«Все началось с того, что Пятаков вернулся вечером домой с некоторым опозданием и слегка навеселе. Подобное с ним случалось, и жена этому обстоятельству не придала ровно никакого значения. К небольшой задержке мужа она отнеслась так, словно иначе и быть не могло. Это даже не испортило ей настроения…»
«Андреев вышел из штольни и пошел в ламповую сдавать свою потухшую «вольфу». «Опять ведь привяжутся, – лениво думал он про службу безопасности. – Проволока-то сорвана…»
«Я наткнулся на йо-йо накануне Рождества, как на давным-давно забытые реликты прошлого, когда разбирал какие-то завалявшиеся бумаги, которые замусоривали мою стариковскую жизнь. То был семьдесят третий день моего рождения, и, полагаю, на меня напал приступ memento mori. Большинство своих дел я привел в порядок еще несколько лет назад, но всегда где-нибудь остается уголок, до которого не дошли руки…»
Вторая история о приключениях экипажа «Чёрной каракатицы», волею судеб поднявшей пиратский флаг. Совершив дерзкое ограбление, Заслав Вержбински и его команда скрываются в дальней системе, но привлекают внимание полицейского эсминца. Холодный расчёт, андропод Бормотун и везение спасают повреждённую «Каракатицу» от неминуемой гибели. Невероятные приключения капитана Заслава Вержбински и его...
Четвёртая история о приключениях экипажа «Чёрной каракатицы», волею судеб поднявшей пиратский флаг. Совершив дерзкое ограбление, Заслав Вержбински и его команда становятся мишенью для безжалостных бандитов. На «Чёрную каракатицу» объявлена охота. Кэп может потерять всё. Невероятные приключения капитана Заслава Вержбински и его команды полны иронии, сдобрены добрым фунтом юмора и приправлены...
Первая история о приключениях экипажа «Чёрной каракатицы», волею судеб поднявшей пиратский флаг. Заслав Вержбински, неудачник, пройдоха и балагур, благодаря удаче и харизматичному андроподу Бормотуну совершает дерзкое ограбление межзвёздного курьера, становится обладателем груды сокровищ и настоящим капитаном пиратского корабля. Невероятные приключения капитана Заслава Вержбински и его команды...
Хаджи-Мурат Магомедович Мугуев (1893–1968) – поэт, писатель, драматург и публицист. Родился в Северной Осетии, в семье осетина-казака. В чине хорунжего участвовал в Первой мировой войне, воевал на Кавказском и Персидском фронтах. После Октябрьского переворота встал на сторону большевиков. По возвращении во Владикавказ служил в Красной армии, затем сотрудничал с советской разведкой, работал в советском...
«По поводу статьи нашей о грозящей городу Томску беде в том случае, если слух о направлении Сибирского железнодорожного пути в обход Томска оправдается, – мы получили из Колывани от начальника 5-й партии Западно-Сибирских изысканий следующее письмо…»