Его зовут Джошуа. Он – путешественник в этом странном мире. Он – непрошеный гость. Только вот он об этом не знает…«Юмор на грани фола. Тот случай, когда тонкая нить дозволенного сочетается с хорошей фантастической зарисовкой». (Alex Benedict)
«Школьный учитель оставлял село, и все обитатели его казались грустными. Мельник из Крескома дал ему небольшую крытую повозку с лошадью для перевозки пожиток в город к месту его назначения, миль за двадцать отсюда. Эта колесница оказалась совершенно достаточно вместительною для имущества уезжавшего педагога. Дело в том, что часть домашней обстановки учителя была доставлена администраторами и...
Исаак Эммануилович Бабель – классик отечественной литературы, выдающийся мастер рассказа. Творчество Бабеля тематически можно разделить на две основные линии. Первая (цикл «Конармия») – это рассказы о Гражданской войне 1917–1922 гг., в которой автор сам принимал активное участие. Вторая линия (цикл «Одесские рассказы») посвящена так же близкой писателю теме обитателей одесского предместья Молдаванки. В...
«Платон собрался работать. Для этого он сделал то, что делали другие писатели и ученые как до него, так и после. Сказал рабу, чтобы на ареопаг его ни в коем случае не звали, даже если персы нападут, послал мальчика в редакцию с обещанием сдать рукопись к вечеру, посмотрел на небо, пересчитал чаек и мысленно сравнил их с крикливыми критиками…»
«В длинном зале Эрмитажа с античными фресками, украшающими стены и овальный потолок, и с мраморными статуями на блестящем узорчатом паркете, – в этом зале давно уже сидел косматый молодой человек в пиджаке самого будничного вида. Он выбрал стул как раз между двумя творениями Гудона: статуей Вольтера и Дианой…»
«Мы говорим, что мы умны; старики спорят: «Нет, мы умней вас были». А сказка сказывает, что когда еще наши прадеды не учились, наши деды не родились – в некотором царстве, в некотором государстве жил-был охотник Ермолай. И пошел раз охотник Ермолай под вечер на заводи, уток пострелять. Хорошо. Засел он в камыше, дожидается, когда утки на чистую воду ночевать прилетят…»
История про двух друзей, прихвативших с собой еще одного в московские катакомбы. Попав туда, они понимают, что просто так им не выбраться, начинают происходить странности. Это совсем другой мир, в котором не место людям – они всего лишь еда. Попав туда мальчишками, они станут хладнокровными мужчинами.Содержит нецензурную брань.
«Темнело; читать без свечей становилось затруднительным, а зажигать огни не хотелось. Самбурову стало скучно. Он надел черную войлочную шляпу, взял ружье и вышел из избы. Он прошел селом, обогнул гумна и направился было к озеру, где часто садились, возвращаясь с просов, утки; ему хотелось развлечься охотой, но на дороге он передумал и свернул по направленно к усадьбе Кастрицыной…»
«…Первая мировая война 1914–1918 гг. Одно из основных сражений на русском (восточном) театре военных действий развернулось тогда на юго-западе против войск Австро-Венгрии. Галицийская битва – август-сентябрь 1914 года – явилась крупной военно-стратегической победой России. Русская армия продвинулась вглубь на 230–300 километров, захватила Галицию и ее главный город Львов. На фоне этих событий и...
Леонид Иванович Добычин – талантливый и необычный прозаик начала XX века, в буквальном смысле «затравленный» партийной критикой, – он слишком отличался от писателей, воспевавших коммунизм. Добычин писал о самых обычных людях, озабоченных не мировой революцией, а собственной жизнью, которые плакали и смеялись, радовались маленьким радостям жизни и огорчались мелким житейским неурядицам, жили и умирали.
«Что-то железное во всей коренастой фигуре Асимова. Дикая воля в татарских или монгольских с прорезами кверху глазах. Дик, нелюдим. Как будто кругом каким очертил себя: что в кругу, то его, – за кругом нет его ничего и хоть трава не расти. А с виду тихий, ровно и ласковый, – идет по селу – поклон отдает раздумчиво. Или возится когда у себя на пчельнике тут же за огородом. Придет Гурилев, бывало, под вечер, тоже...
«В некотором царстве, в некотором государстве жил-был помещик, жил и на свет глядючи радовался. Всего у него было довольно: и крестьян, и хлеба, и скота, и земли, и садов. И был тот помещик глупый, читал газету „Весть“ и тело имел мягкое, белое и рассыпчатое.».
Главный герой произведения – профессиональный психотерапевт, помогающий решать людям различные проблемы душевного характера. А иногда ему приходится помогать самому себе.
«В один не слишком погожий и не слишком хмурый, не слишком знойный и не слишком студеный день по пустынным горам с суматошной скоростью катил допотопный потрепанный «Форд». От лязга и скрежета металлических частей взмывали вверх трясогузки в рассыпчатых облачках пыли. Уходили с дороги ядовитые ящерицы – ленивые поделки индейских камнерезов. С шумом и грохотом «Форд» все глубже вторгался в немую...
«Кабачок «Восходящее солнце», судя по его виду, должен был называться солнцем заходящим. Стоял он в треугольном садике, скорее сером, чем зеленом; обломки изгороди поросли печальными камышами, сырые и темные беседки совсем обвалились, а в грязном фонтане сидела облупленная нимфа, но не было воды. Самые стены не столько украшал, сколько пожирал плющ, сжимая в кольцах, словно дракон, старый кирпичный костяк....
Производитель:
Астрель/АСТ
Дата выхода: ноябрь 2010
«– Господи Исусе Христе, помилуй нас… – Аминь! Кто там крещеной? Никак ты, Михалко? – Он самый… Отворяй ворота скорей, дядя. Насквозь изняло дождем, – во как зарядил! – Откедова Бог несет? – В Полдневскую гонял… Дельце маленькое вышло…»
ВОСХОД ПЛОХОЙ ЛУНЫ – Кира Свон привыкла получать от жизни желаемое, она желает Эдриана Куина – восемнадцатилетнего парня, который не проявляет к ней интереса. Он не поддается на ее уловки, храня жуткий секрет. Однако и саму Киру преследуют тени прошлого, от которых она старается сбежать, когда встречает приезжего из другого города Джесси Конрайда.
«Bo всей валенсіанской равнин отъ Кульера до Сагунто не было деревни или города, гд бы его не знали. Какъ только раздавались на улиц звуки его гобоя, мальчишки прибгали во весь опоръ, кумушки звали другъ друга съ жестами удовольствія, а мужчины покидали трактиръ…»