Вся самая вкусная, интересная, захватывающая проза и поэзия жаркого июня – лучшее творчество от ведущих авторов Территории Творчества, на самый взыскательный вкус. Полюбившиеся уже имена, знакомые вам с самых первых выпусков и новые авторы нашего проекта (но не новички в писательском мире) – это всё ожидает вас на страницах первого летнего сборника «Июньская соната. Девять Жизней».
Эта книга рассказывает о фантастическим мире, где существует магия. Эта книга – приключение, фэнтези, рассказывающее о приключении девятерых магов, которые на протяжении истории будут добиваться собственных целей и помогать некоторым людям выживать в жестоком мире, подобном нашему средневековью.
Первая история о приключениях экипажа «Чёрной каракатицы», волею судеб поднявшей пиратский флаг. Заслав Вержбински, неудачник, пройдоха и балагур, благодаря удаче и харизматичному андроподу Бормотуну совершает дерзкое ограбление межзвёздного курьера, становится обладателем груды сокровищ и настоящим капитаном пиратского корабля. Невероятные приключения капитана Заслава Вержбински и его команды...
Вторая история о приключениях экипажа «Чёрной каракатицы», волею судеб поднявшей пиратский флаг. Совершив дерзкое ограбление, Заслав Вержбински и его команда скрываются в дальней системе, но привлекают внимание полицейского эсминца. Холодный расчёт, андропод Бормотун и везение спасают повреждённую «Каракатицу» от неминуемой гибели. Невероятные приключения капитана Заслава Вержбински и его...
Четвёртая история о приключениях экипажа «Чёрной каракатицы», волею судеб поднявшей пиратский флаг. Совершив дерзкое ограбление, Заслав Вержбински и его команда становятся мишенью для безжалостных бандитов. На «Чёрную каракатицу» объявлена охота. Кэп может потерять всё. Невероятные приключения капитана Заслава Вержбински и его команды полны иронии, сдобрены добрым фунтом юмора и приправлены...
Хаджи-Мурат Магомедович Мугуев (1893–1968) – поэт, писатель, драматург и публицист. Родился в Северной Осетии, в семье осетина-казака. В чине хорунжего участвовал в Первой мировой войне, воевал на Кавказском и Персидском фронтах. После Октябрьского переворота встал на сторону большевиков. По возвращении во Владикавказ служил в Красной армии, затем сотрудничал с советской разведкой, работал в советском...
«В летописи церковной жизни болгар за 1896 г. мы отметили появившиеся в болгарских газетах – вскоре после присоединения принца Бориса к православию – настойчивые слухи, будто константинопольский патриарх имел переговоры с русским послом в Константинополе по вопросу о снятии «болгарской схизмы», и что посольство константинопольского патриарха в Москву по случаю коронования Государя Императора имело,...
Человечеству нужны гении! Сегодня оно нуждается в них как никогда… Но чем мы готовы пожертвовать ради того, чтобы в мире появился ещё один человек с громадным коэффициентом интеллекта?
«– Уважаемые коллеги! Сегодня мы по настоятельной просьбе правительства должны окончательно решить вопрос о том, стоит ли продолжать исследования в области обнаружения параллельных миров. Слово для доклада предоставляется правительственному эксперту...».
«По поводу статьи нашей о грозящей городу Томску беде в том случае, если слух о направлении Сибирского железнодорожного пути в обход Томска оправдается, – мы получили из Колывани от начальника 5-й партии Западно-Сибирских изысканий следующее письмо…»
«Антонина поднесла ко рту фужер с шампанским и приготовилась сделать глоток, но тут по квартире разнесся такой громкий крик, что она поставила бокал на столик и выбежала в прихожую, чтобы узнать, кто кричал и почему. Как и следовало ожидать, голосила маменька. Из трех присутствующих в помещении женщин только она могла издавать столь пронзительные звуки. Две остальные были слишком интеллигентны, чтобы...
«…Ну хорошо, вам открыта самим Богом единая спасительная для людей истина, людям свойственно стремиться к истине, и когда она ясно передана им, они всегда с радостью признают её и руководятся ей. И потому для сообщения людям вашей истины, открытой самим Богом и спасительной для людей, казалось бы достаточно просто и ясно, устно и печатно, разумным убеждениям передавать эту истину людям, способным принять...
«Алексея выпустили. Мы с ним поселились на краю города. Сняли у вдовы мелочного лавочника Окороковой две передние комнаты ее ветхого домика. Алеша сильно осунулся, но от побоев совсем оправился. Он по-всегдашнему молчалив, не смотрит в глаза и застенчиво принимает мои заботы о нем…»
«Обсерватория в горах. Поздний вечер. Сцена представляет две комнаты; первая – нечто вроде столовой, большая, с белыми толстыми стенами; у окон, за которыми мечется во тьме что-то белое, очень широкие подоконники; огромный камин, в котором горят поленья. Убранство простое, строгое, отсутствие мягкой мебели и занавесок. Несколько гравюр: портреты астрономов, волхвы, приведенные звездою ко Христу. Лестница...
«Я приехал на Кавказ в конце 1861 года, т. е. в самый разгар той войны, которая, три года спустя, решила окончательно участь этой страны. Восточный Кавказ в то время был уже покорен, и бывший вождь его, Шамиль, мирно проживал в Калуге. На западном – Магомет-Аминь, поставленный в ложное положение действиями шапсугов и абадзехов, вынужден был, при нашем содействии, переселиться в Стамбул…»
«Граждане! Со дня, когда я приехал в Италию, и до сего дня вы щедро осыпаете меня яркими выражениями ваших симпатий к русскому народу, который ныне борется и будет бороться вплоть до своей победы, за торжество свободы, необходимой ему, как хлеб и воздух…»
«Поэт, воскресивший нам Вергилия древнего, Дающий и правила И вместе примеры к ним! Оставь город суетный, Столицу рассеянья, В деревню, в деревню к нам Укройся от грозных бурь, Под сень рощи липовой, Где ждёт соловей тебя, Соперник твой в пении…»
«Много тысяч верст прошла 5-я армия. Это была жесточайшая схватка с контрреволюцией в великой эпохе наших революционно-социалистических войн. Не страшны ни многочисленные полки отечественной контрреволюции, ни тяжелая артиллерия международного капитала…»
«Товарищи! Борьба против гнусного притеснения несчастных есть борьба за освобождение мира, жаждущего избавления от целой сети грубых противоречий, о которые разбивается [всё человечество], полное чувства горечи и бессилия. Вы, товарищи, храбро пытаетесь разорвать эту сеть, но ваши враги настойчиво хотят возвратить вас к ещё большему ограничению. Ваше оружие, ваш острый меч – правда, оружие же врагов...
«На раннем рассвете, почти в темноте и в густом тумане, привезли из города пожилую черничку и огромный гроб, черный с белыми крестами, который полулежал возле нее в тарантасе, упираясь узким концом в козлы, а широким в полуоткинутый верх. Пустой, по-осеннему мертвый двор усадьбы, по которому туман шел из сада сонным, мрачным дымом, весь серел крупной сизой изморозью…»
«Как-то осенью, в первой половине шестидесятых годов, в мою квартиру позвонили. Когда я открыла дверь, на пороге передо мной стояла молодая, красивая девушка с нежным, здоровым румянцем на щеках, с густыми каштановыми волнистыми волосами, с темно-карими глазами. Эта была моя подруга по институту, Антонина Николаевна Садовская. Только что мы успели расцеловаться, как кто-то опять дернул за колокольчик…»
«…Печальный хлад зимы весна уже сменила. Зефиры веют по полям. И снова распустя ветрила, Уж стаи кораблей вверяются морям. Покинуты хлева веселыми стадами, И пахарь позабыл соломенный свой кров! Не видно грозных льдин, белевших над полями, Все зеленеет средь лугов…»
«Когда я вышел в 18** году из Земледельческой академии, мне пришлось начинать мое жизненное поприще в невероятной глуши, в одном из пограничных юго-западных городков. Вечная грязь, стада свиней на улицах, хатенки, мазанные из глины и навоза…»