«…Разсматриваемый и оцниваемый съ этой точки зрнія, Никитенко представляетъ характернйшій образецъ обывательской приспособляемости. Бюрократъ до мозга костей, цензоръ, выслужившій въ цензур полный пенсіонъ, и консерваторъ чистой крови, онъ въ тиши кабинета написалъ удивительную книгу, ужаснйшій доносъ потомству на бюрократію, цензуру и консерватизмъ. Родился онъ въ царствованіе Александра I,...
«Во всей поэзии Никитина виднеется известная грань, которая должна бы отделять его день от его ночи, его реальность от его мечты. Была суждена ему жизнь, лишенная целостности. День проводил он на людях, и было кругом него и в нем самом крикливо, шумно, суетно, и на своих страницах Никитин не стесняется даже, перед поэзией и перед своим бытом, часто употреблять эпитет «грязный», и в самых стихотворениях у него...
«…К чему бы он ни стремился, чего бы ни искал – судьба допускала его до конца стремлений, а в самом конце подсекала достигнутые успехи и разрушала все его достижения. Она невзлюбила Никифорова с самого его рождения и приуготовила ему несчастье уже в младенчестве. Это она подтолкнула руку его няньки, чтоб та выронила младенца, и свихнула его позвоночник, сделав Семена Гавриловича на всю жизнь физически...
Дарья Донцова сама научилась читать в четыре года, а свой первый рассказ написала в семь лет и отнесла его писателю Валентину Катаеву, ближайшему другу своего отца. Тетрадку с текстом, который поправил Катаев, Дарья хранит до сих пор. Но несмотря на столь раннее желание сочинять истории, первая книга Дарьи увидела свет, когда Донцовой исполнилось сорок пять лет. Она считает себя очень счастливым человеком,...
«Николай Александрович Бестужев родился в 1791 в Петербурге, в даровитой и «благородной» не только по древнему дворянству своему семье. Отец – Александр Феодосиевич (1761–1810), одно время морской артиллерист, а позднее правитель канцелярии гр. Строгонова, был выдающийся для своего времени писатель-педагог; братья его – знаменитый романист Марлинский и разносторонне-талантливый Михаил Бестужев…»
«Я сделаю краткий обзор главных явлений в царствование Николая, ограничиваясь, впрочем, только событиями жизни правительственной и социальной. С этими двумя процессами, изменением правительственного порядка и перестройкой общественных отношений связаны все главнейшие явления этого времени…»
«…Статья Успенского полна глубокого социального смысла и освещает невыносимо тяжелые условия литературного труда публициста-общественника 70-х годов, каким был Демерт, видный сотрудник демократических изданий…»
«…Имя Николая Клюева появляется за последние годы на страницах многих ежемесячных и еженедельных журналов; поэтом издано уже два или три сборника, в свое время внимательно отмеченных серьезной критикой, но только последний из них «Мирские думы» – действительно и полно отражает свежую, яркую, самобытную творческую личность автора, певца русской деревни и русского эпоса…»
«Как видно из заглавия, книга представляет собою очерк развития современного искусства от его станковой формы (картина) до т.-н. «слияния» искусства с производством, – от индивидуального изображения жизни к ее коллективному строительству…»
«Монастырское землевладение было вдвойне неосторожной жертвой, принесенной набожным обществом недостаточно ясно понятой идее иночества: оно мешало нравственному благоустроению самих монастырей и в то же время нарушало равновесие экономических сил государства. Раньше почувствовалась внутренняя нравственная его опасность. Уже в XIV в. стригольники восставали против вкладов по душе и всяких приносов в...
«Нитковдеватель» – сборник рассказов о жизни обычных людей, которых мы часто не замечаем, или – забываем о них… «Нитковдеватель» – сборник рассказов о жизни обычных людей, которых мы часто не замечаем, или – забываем о них, а вспомнив однажды случайно – понимаем, что они оставили нам нечто – улыбку, доброту, понимание… Такие люди могут оказаться в жизни каждого из нас всего на день или даже –...
«В течение шести лет я в первый раз попал в общество Литераторов и, так называемых, любителей Словесности, именно у нас, на Новоселье. В эти шесть лет произошла большая перемена в наших литературных обычаях, чувствованиях, связях и взаимных отношениях, как будто бы каждый протекший год поглотил целое десятилетие. Я увидел новое поколение Писателей – и не узнал старого. В течение сего времени, одних...
Салтыков считал появление и успех романов типа «Жертвы вечерней» Боборыкина или «Бродящих сил» Авенариуса прискорбным знамением времени. Эти произведения, вместе с романом М. Стебницкого (Н. С. Лескова) «Некуда» и его же повестью «Воительница», Салтыков отнес к «клубничной литературе», пользующейся особым успехом и процветающей в эпохи общественных кризисов и упадка идейных интересов. В такие эпохи...
«В кратком газетном отзыве, написанном наскоро и под влиянием трепетного, обаятельного впечатления, которым охватывает высокохудожественное поэтическое произведение, нельзя сделать многостороннего разбора, какого требует произведение громадное как по созданию и изяществу формы, так и по своему содержанию. Такова именно драма Островского…»
«Из новостей, которыми успели нас подарить за текущий год толстые журналы, особенно выдающийся интерес представляет повесть В. Вересаева «На повороте»… Собственно в художественном отношении повесть эта не свободна от некоторых недочетов… И тем не менее, новую повесть г. Вересаева нельзя не признать за талантливо и ярко написанную страницу из истории современной русской интеллигенции – страницу,...
«Балканская война как война союзников с турками, несомненно, закончена. Каковы бы ни были окончательные её результаты, явно, что господству турок в Европе пришёл конец. У них, по-видимому, ещё останется небольшая территория на Балканском полуострове, сохраненная им соперничеством держав между собою. Но значение Турции как европейской державы отныне может считаться уничтоженным…»
«Одних зашивали в звериные шкуры, и они погибали, пожираемые собаками; другие умирали на кресте, или их покрывали горючими веществами и, по заходе солнца, жгли вместо факелов. Нерон уступал свои сады для этого зрелища… Хотя эти люди и были виновны и заслуживали строгое наказание, но сердца все-таки открыты для жалости к ним…»
«Пребываніе барона Гумбольдта въ Россіи есть важная эпоха въ воспоминаніяхъ нашего просвщенія. Мы видли въ немъ высокій примръ истинно ученаго и образованнаго человка, который, посвятя жизнь и вс способности свои на изученіе и развитіе одной изъ отраслей человческихъ познаній, не чуждается всхъ другихъ отраслей и любопытнымъ взглядомъ окидываетъ вс запросы, любопытные для ума человческаго вообще, и...
«Наши времена не эпические. Тому много причин; войти в подробное и полное исследование оных невозможно в кратком объеме журнальной статьи. Мир нравственный и политический имеет свои эпохи подобно миру физическому; некоторых из допотопных животных не доискиваются в мире живущих, земля стареет и стынет – нравственная почва также. Новые явления заменили на ней отжившие свой век. Может быть, нет новейшей...
«Недостаточно знать Петербург и Москву; для того чтоб знать Петербург и Москву, надобно еще заглянуть на то, что делается вокруг них. Около Москвы – мирный венок шести или восьми губерний, великороссийских до конца ногтей, Москва среди них покоится, как старшая в семействе; из нее берут ее племянницы и сестрицы образование, моду, ум и глупость. Довольное спокойствие овладело этой полосой, и она находится в...
«…Слово „футуристы“ имеет большое очарование для любителей острых, веселых и скандальных впечатлений. Поэтому неудивительно, что маленький зал Троицкого театра оказался переполненным до тесноты самой разнообразной публикой, от поэтов и критиков до учащейся и светской молодежи включительно…»
«…Словарь 1865 года, заключающий в себе «объяснение 25000 иностранных слов, вошедших в состав русского языка», благодаря находчивости и ревности русских журналистов устарел и не удовлетворяет уже надобностям, которые ощущает и должен ощущать современный читатель. Новые слова иностранного происхождения вводятся в русскую печать беспрестанно и часто совсем без надобности, и – что всего обиднее – куются в...
«…Наша русская литература, равно как и русский роман, переделена нашими досужими классификаторами на бесчисленное множество родов и видов. Я, нижеподписавшийся, кроме уже известных всем, открыл еще новый род, или, лучше сказать, новую область в нашей литературе. Прежде нежели объявлю во всеуслышание о моем открытии, замечу мимоходом, что оно, по своей важности, стоит открытия Америки и что, следовательно,...