У каждого из нас есть пожилые родственники или знакомые, которые могут многое рассказать о прожитой жизни. И, наверное, некоторые из них иногда это делают. Но, к сожалению, лишь очень редко люди оставляют в письменной форме свои воспоминания о виденном и пережитом, безвозвратно уходящем в прошлое. Большинство носителей исторической информации в силу разнообразных обстоятельств даже и не пытается...
В настоящей книге сайт «Мир индейцев» предлагает читателям переводы источников, освещающих историю и культуру доколумбовой Центральной Мексики. Выбранные для публикации тексты касаются народа, который к моменту появления европейцев в политическом отношении доминировал в Месоамерике – мешиков, более известных как ацтеки.Книга рассчитана на широкий круг читателей, интересующихся доколумбовыми...
Данная книга посвящена истории жизни и деятельности пророков "Нового времени", начиная от Леонардо да Винчи и заканчивая мифологическим Василием Немчиным! Кроме того, в отдельной части этой книги рассмотрено общее состояние футурологии, как современной науки, и пути ее дальнейшего развития. Книга предназначена для широкого круга читателей интересующихся историей "Нового времени" и практиками...
Данная книги рассказывает о христианских "пророках" и " чудотворцах", которые якобы были наделены "ДАРОМ ИСЦЕЛЕНИЯ". Автором в процессе работы над книгой были подробно изучены и перепроверены биографии боле 100 христианских "чудотворцев" и по итогам перепроверки по каждым сделан экспертный вывод. Книга представляет интерес для лиц, интересующихся историей христианской церкви и, в частности, особенностями...
Предвосхищая одинокие капли встречных вопросов, хочется ответить на все сразу. В среде обитания людей должна присутствовать прагматичная иерархическая система взаимоотношений на основе аналитических расчетов, обеспечивающая эффективное взаимодействие всех звеньев человеческих коммуникаций, а не бредовая система: Я – начальник, ты – дурак. Бесспорно, кто-то всегда должен доминировать над кем-то, но...
«Сегодня день смерти Гоголя. Последняя страница его жизни так загадочна и страшна и умирание великого писателя было столь тяжко, что нужно некоторое усилие воли, чтобы настроить себя на праздничный лад, оттолкнув от себя картины, которые назойливо рисуются уму, когда начинаешь говорить о Гоголе 21 февраля. Но попробуем сделать это усилие – обратимся от смерти если не к жизни, то к вечности, к бытию того...
«Высочайше утвержденный комитет по устройству в Москве музея 1812 года опубликовал отчет о своей деятельности за 1909-10 годы. По инициативе комитета основаны кружки ревнителей в Москве, Смоленске и Вильне, а в Саратове и Витебске образованы исторические комиссии 1812 года. В музей передана придворно-походная церковь Александра I, находившаяся до сих пор в виленском дворце. Кроме того, в музей поступили...
«Две большие выставки „отчетная“ в Академии Художеств и „Нового общества“ в залах Пассажа представляют много интересного или, правильнее, любопытного. К первой из них мы еще вернемся на страницах „Аполлона“, о второй же приходится говорить теперь. И опять, как уже много раз, можно найти только слова возмущения и досады по отношению к этому публичному экзамену академических питомцев…»
Анненков писал свой очерк-воспоминание о Писемском в конце 1881 – в самом начале 1882 г., то есть вскоре же после смерти писателя (январь 1881 г.), и называл этот очерк «пространным некрологом». Мемуарист располагал богатым биографическим материалом, собранным к тому времени женой и сыном писателя, но мало использовал его. В письме к Е. П. Писемской от 28 октября 1881 г. он подчеркивал, что пишет не биографию, а...
«Предстоящий сезон художественных выставок обещает быть богатым и разнообразным. Почти все наши известные художники пишут новые картины, большая часть которых появится или на передвижной выставке, или на выставке «Общества выставок», смотря по тому, к какой из враждующих партий принадлежит художник…»
«В этом сочинении есть мысль, и мысль прекрасная, поэтическая. Но исполнение этой мысли весьма неудачно; автор хотел изобразить жизнь художника в борьбе с людьми, обстоятельствами, судьбой и самим собою и написал довольно большую книгу, которая наполнена общими местами и до крайности утомляет читателя, не доставляя ему никакого удовольствия. Причина очевидна: он не составил себе ясной, отчетливой,...
«В письме к одной своей приятельнице Гюстав Флобер пишет: «Я опять возвращаюсь в мою бедную жизнь, такую плоскую и спокойную, в которой фразы являются приключениями, в которой я не рву других цветов, кроме метафор». Эрнест Фейдо передал Флоберу просьбу одного своего знакомого писателя прислать ему автобиографию Флобера. Флобер отвечает: „Что мне прислать тебе, чтоб доставить удовольствие моему...
«Выставка „Союза“ только что закрылась, и теперь можно судить об её успехе в широкой публике. Всего посетило ее 10 500 человек, в то время как в Москве число посетителей за то же время было на 4 000 больше. Считать ли это доказательством Петербургского равнодушие?..»
«…Сочинения г. А. Сухова печатаются уже так серо и безграмотно, что ничего более в этом отношении и желать нельзя. Говорить о них не стоило бы; но мы именно хотим указать сочинителям, подобным князю Кугушеву, на идеал, к которому должны они стремиться, если хотят быть популярными…»
«Пришлось выбирать царя Земским собором. Но соборное избрание по самой новизне дела не считалось достаточным оправданием новой государственной власти, вызывало сомнения, тревогу. Соборное определение об избрании Бориса Годунова предвидит возражение людей, которые скажут про избирателей: «Отделимся от них, потому что они сами себе поставили царя». Кто скажет такое слово, того соборный акт называет...
«Начало Смуты. Но прежде чем совершилось это воцарение, Московское государство испытало страшное потрясение, поколебавшее самые глубокие его основы. Оно и дало первый и очень болезненный толчок движению новых понятий, недостававших государственному порядку, построенному угасшею династией. Это потрясение совершилось в первые годы XVII в. и известно в нашей историографии под именем Смуты или Смутных...
«Нам остается взглянуть на людей, стоявших во главе русского общества XVII в. Это необходимо для полноты наблюдения. Из противоположных течений, волновавших русское общество, одно отталкивало его к старине, а другое увлекало вперед, в темную даль неведомой чужбины. Эти противоположные влияния рождали и распространяли в обществе смутные чувства и настроения. Но в отдельных людях, становившихся впереди...
«Горе – пробный камень души человеческой и необлыжное мерило нравственных сил человека. Под бременем одной и той же скорби один падает, другой даже не поколеблется; этот смиряется пред промыслом Божиим, тот безумно ропщет; иной ищет утоления скорби в слезах и благотворениях ближним… Бывают и такие люди, которых горе ввергает в омут распутства и злодейств…»
«…Но обратимся к «Цветам музы» г. Градцева. Надо признаться, что эти цветы не совсем красивы и ароматны; но в этом виновата не муза г. Градцева, а типография г. Иогансона, на бесплодной почве которой возросли они… Проницательные читатели поймут, что мы говорим о внешнем безобразии «Цветов» г. Градцева; что же до внутреннего – о нем сейчас будет речь…»
Это первое электронное издание многократно передававшейся книги, которая занимает особое место в отечественной мемуарной литературе: каждый ее выход с огромным интересом встречался нашими и зарубежными читателями. И объясняется это прежде всего честностью автора перед историей, его желанием поведать правду о многих важных событиях в жизни страны, непосредственным свидетелем и участником...
«Этот сон я видел очень давно – на границе отрочества, лет двадцать пять назад, когда не только о цеппелинах, но и об авиации вообще не было еще и речи. Я был в огромном, многоэтажном серо-каменном городе, имени которого не знал. Город был безлюден и цепенел в молчании и ужасе. Какое-то неведомое бедствие витало над ним. В чем заключалась грозящая беда, никто не знал, но все прятались, таились, боялись...
«…Заставить человека изменить свою веру я не могу ни насилием, ни хитростью, ни обманом Вера есть его жизнь. Как же я могу отнять у него его веру и дать ему другую? Это все равно, что вынуть из него сердце и вставить ему другое. Я могу сделать это только тогда, когда вера и моя, и его – слова, а не то, чем он живет, – нарост, а не сердце…»
«Хотя многие из наших газет имеют притязание быть «органами общественного мнения» (а не личными органами редакторов или же отдельных кружков), было бы однако же, иной раз, величайшим для общества оскорблением признавать их выражением