Двенадцать рассказов. Каждый из них возникал, когда мне требовалось что-то сказать о том, что меня беспокоит. И каждый в конечном итоге – всего лишь средство коммуникации. Потому что… Рассказ без слушателя, без читателя – не состоится. Итак, если вы есть по ту сторону, я, пожалуй, начну…
Это книга об удивительном путешествии нашего современника, оказавшегося в 2057 году. Россия будущего является зерновой сверхдержавой, противостоящей всему миру. В этом будущем герою повести предстоит железнодорожное путешествие по России в Москву. К несчастью, по меркам 2057 года гость из прошлого выглядит крайне подозрительно, и могущественные спецслужбы, оберегающие Россию от внутренних врагов, уже...
Приятели-контрабандисты считали Винсента Горшкова законченной мразью. А все оттого, что работал он обычно один, и только в страшных снах могло им привидеться, что возит Горшков из одного уголка Галактики в другой, скольких невинных обитателей мирных планет погубил он своим товаром. Ведь, если остальные контрабандисты просто зарабатывали деньги, Винсент якшался с разными подозрительными типами,...
Герман Гноев и его комичная команда сотрудников похоронного бюро решает увеличить смертность в городе, чтобы поправить собственный бизнес. Журналист Юлия Шульгевич пытается вывести их на чистую воду и вступает с ними в схватку. В череде потерь каждый изменится в этой борьбе настолько, что ценности и роли поменяются.
Руководство содержит самые современные сведения об этиологии и патогенезе, классификациях, диагностике и лечении пневмонии. Приводится подробное описание клинических вариантов течения заболевания в зависимости от этиологического агента. В разделах, посвященных лечению больных пневмонией, изложены не только различные схемы антибиотикотерапии, но и патогенетическое лечение, интенсивная терапия и...
Добравшись до Страны Вулканов, два товарища отправляются в поход по диким лесам Камчатки. Не успев выйти с первого кордона парни разругавшись, продолжают путь по одиночке, каждый из них уверен, что вполне способен преодолеть расстояние. И тут его величество случай дарит одному из них незабываемые несколько дней вынужденного отшельничества…
«Пишу теб, душа моя Гуськовъ, на второй-же день по прізд въ Петербургъ. Надобности въ этомъ никакой нтъ, но хочется подлиться впечатлніями, какъ говорилъ поэтъ Пушкинъ. Петербургъ, я теб скажу, чудесный городъ, только совсмъ не такой, какимъ я воображалъ его. Начать съ того, что все тутъ очень просто. Выходишь изъ вагона, и видишь голую закоптлую стну. Вошелъ въ вокзалъ – опять голыя стны, и тоже какъ будто...
«На дворе брезжило зимнее утро. Глухо доносился воскресный благовест. Часы за стеной, в кухне, завизжали, заскрипели, засвистели, подумали немножечко, вздохнули и, наконец, пробили одиннадцать… Петр Петрович Кукин потянулся под одеялом и открыл глаза. „Фу ты, гадость какая! – подумал он. – Голова точно налита свинцом, в висках стучит“…»
«Исправляющий должность судебного следователя и уездный врач ехали на вскрытие в село Сырню. По дороге их захватила метель, они долго кружили и приехали к месту не в полдень, как хотели, а только к вечеру, когда уже было темно. Остановились на ночлег в земской избе. Тут же, в земской избе, по случайности, находился и труп, труп земского страхового агента Лесницкого, который три дня назад приехал в Сырню и,...
«…Чем ближе купец Жерлов подъезжал к Петербургу, тем хуже делалось у него на душе. Являлась какая-то скверная оторопь и малодушное желание вернуться назад, в свою далекую сибирскую трущобу. Ведь всего-то взять обратный сквозной билет – и опять сам большой, сам маленький. Глядя на скуластое, заросшее до самых глаз щетинистой бородой лицо Жерлова, трудно было бы предположить о его внутренней подкладке....
«В самом начале хочется сказать пару слов о себе. Вы только не подумайте плохого – я далек от хвастовства. Просто то, что я расскажу сейчас, имеет непосредственное отношение к моему последующему повествованию…»
«Кусками желтой халвы мелькнули жернова прессованного сена. Очередной туннель всосал поезд с ухающим воем, раскачал в черной рябой утробе, выплюнул – и по горным склонам, подскакивая, рассыпались черепичными гроздками городки с непременной пикой на панцирном шлеме кирхи. Время от времени промахивали заброшенные заводы с осколками солнца в разбитых стеклах – слюдяная парча, за которой угадывалась тьма....
«Длинный желтый луч пролег через кухню к самым ногам хозяйки. Погладил теплой ладонью. Женщина обернулась, но кухня была пуста, только мерно дышала легкая занавеска: то наполнялась ветром из открытого окна, то опадала, безжизненно морщась. Хозяйка прикрыла створку, подвязала лентой сникшую ткань. Снова оглянулась: – Саша? Тихий печальный звук ответил ей из-за двери. Отозвалась на голос висящая в гостиной...
«Илья Платонович Арефьев, фельетонист распространенной газеты, ходит по своему кабинету, – от угла кожаного дивана до этажерки с бюстом сурового Шопенгауэра, задевает руками и ногами за спинки стульев и сердится. С ним случилось то, что называется у игроков метким словечком: „заколодило“. Уже больше часа ломает он голову и не может выжать из нее ни одной живой строчки, а на приготовленной для писания...
В глухой уссурийской тайге геологи наталкиваются на странную деревушку. А живут в ней не аборигены Дальнего Востока и даже не русские старообрядцы, а загадочные люди, поклоняющиеся древним богам и хранящие память о событиях многовековой давности…
Способность слушать и слышать – не менее чудесный дар, чем умение правильно подбирать слова. Эти редкие качества гармонично сочетаются в Наталье Мелёхиной с желанием делать то, что в российской деревенской прозе в свое время не прижилось. Мелёхина создает свой собственный мир, где человек напрямую, без посредников, умеет говорить с землей и небом, и, самое главное, – способен слышать их. Книга...
«…За перевалом идут красноармейцы – разутые, раздетые, без штыков, без патронов. Им нечем отбиваться от своры палачей, горами и ущельями отходят они на юг, где можно добраться до своих. Голодно. Хлеба нет. Уже давно они едят только желуди да кислицу… Лошадиные трупы усеяли путь – коням тоже нечем питаться: бесплодны и холодны горные скалы. То здесь, то там остается телега – ее некому везти. И у каждой телеги...