«В третьем году, увязавшись за французскими друзьями, попал я в маленький, уютный, подземный кабачок, носивший заманчивое и великолепное название «Fleur latine». Впрочем, я теперь не знаю твердо, было ли здесь единственное или множественное число. Цветок или цветы латыни?..»
«В народе говорят, что у Чертовой Пасти нет дна. Может, так оно и есть на самом деле, но Лоренцо досужим сплетням верить не привык. Мало ли что выдумает неграмотное мужичье? Каждый вечер оставляют блюдечко сметаны домовому, перед рыбной ловлей просят прощения у водяного, у входа в лес кланяются лесному хозяину… Ну разве можно всерьез воспринимать подобные суеверия?..»
Производитель:
Альфа-книга
Дата выхода: апрель 2008
Всё, что мы делаем – всегда имеет последствия. И они влияют как на окружение, так и на людей в целом. Невозможно предугадать, чем обернутся для тебя твои же действия. Агент ФБР Норвуд Блэк и детектив убойного отдела Мария Кейн расследуют дело загадочного серийного убийцы «Скульптора». Его жертвами становятся самые известные и ключевые люди Нью-Йорка. В ходе расследования они узнают, могут ли последствия...
«В избушке, где я ночевал, на столе горела еще простая керосиновая лампочка, примешивая к сумеркам комнаты свой убогий желтоватый свет. Комната была довольно чистая, деревянные перегородки, отделявшие спальню, были оклеены газетной бумагой. В переднем углу, около божницы, густо пестрели картинки из иллюстраций, – главным образом портреты генералов. Один из них был Муравьев-Амурский, большой и в регалиях,...
Что случится после того, как мы умрём? Как мы будем воспринимать близких нам людей, которых нет уже рядом с нами? Какие выводы мы сделаем о мире, в котором жили? И что мы узнаем о истинном плане бытия? Вы всё узнаете после… после прочтения!
Теодор Еске-Хоинский (1854–1920) – польский критик, романист и публицист, автор ряда произведений на исторические темы; один из наиболее ярых поборников консерватизма. Публикуемый в данном томе роман «Последние римляне» повествует о начале заката Великой Римской империи. Конец четвертого века. На престоле два императора: Феодосий в Константинополе, а в Риме – признанный им соправителем Валентиан II....
Это сборник историй о ближайшем будущем – о том, что нас ждет уже завтра и сразу после. В каждой из них есть технология из будущего, иногда фантастическая, иногда без пяти минут реальная. Сборник отчасти напоминает сериал «Черное зеркало», хотя прямых заимствований нет. В центре внимания: интернет, сознание, проблема бессмертия, виртуальная реальность.
«В „Вестнике Европы“ все благополучно. Все стоит на месте. Январские „belles-lettres“ начинаются, конечно, г. Боборыкиным – его рассказом „Закон жизни“. Кому случалось наблюдать газетного интервьюера „в деле“, тот, конечно, замечал, что на „маститого писателя“ или даже тенора, „любимца публики“, обращается этим „совопросником“ мало внимания: интервьюер мучительно напряжен уловлением отдельных...
Действие романа разворачивается в глухом английском городке в конце XX века. В живой, увлекательной и зачастую юмористической форме герои книги, проходя через многочисленные испытания и приключения, пытаются найти себя и нащупать осмысленность бытия. К концу повествования они убеждаются, что всё это вполне можно обрести и в нашей реальности; для этого вовсе необязательно убегать в мир фэнтези,...
«…– Эк, скажи на милость, какие деньжищи крутятся на этом телевидении, – вздохнул Кузьма Афанасьевич, принимаясь скручивать цигарку из туалетной бумаги. – Пришел, значит, угадал, и получи вещь. Не пахал, не сеял, а урожай собрал. Чудно, ей-богу, чудно. – Помолчал малость, выпуская из себя дым в печную прорву, и продолжил: – Тут вот на пенсию кое-как, стал быть, а там, понимаешь ли… такое дело. Дуриком попал...
«… Старик махнул рукой: – Эва что придумает. В чужом доме жить. А свой на что? – Там теперь никто не живет… – Как «никто»? А я… А баба моя… Сын мой, Андрей Анастасьич. Эка ты глупая девка-то. – Старик привлек к себе девочку и подолом рубахи вытер ей мокрый нос. Она прижалась к Анастасу. Он гладил ее всклокоченные волосы и как мог успокаивал. – И совсем не глупая. И совсем не глупая, – всхлипывая, говорила...
«Всякий в Управлении расследований знал: если уж Рампл, деловито стуча когтями и привычно принюхиваясь, шествует по коридору третьего этажа в главном здании, стало быть, дело серьезное. Где-то случился прокол. По пустякам начальство беспокоило кого угодно, только не сыщика-киноида…»
«То был богатый, счастливый дом! Все в доме – и господа, и слуги, и друзья дома – радовались и веселились: в семье родился наследник – сын. И мать и дитя были здоровы…»
«Бывало, для забавы я писал, Тревожимый младенческой мечтой; Бывало, я любовию страдал, И, с бурною пылающей душой, Я в ветренных стихах изображал Таинственных видений милый рой. Но дни надежд ко мне не придут вновь, Но изменила первая любовь!..»
Время и место действия отсутствуют. Рассказ условно продолжает (или развивает) одну из ключевых линий романа «Испытание Тьмой» – а именно, Путь и жизнь Следующих Пути. Фэнтези-элементов мало, рассказ скорее философский.
Джейк Спрингс и Кевин Фостер зарабатывают тем, что обносят частные дома и квартиры, оставляя жильцов ни с чем. Напарники действуют аккуратно и незаметно, крадя небольшие суммы. Кевин получает наводку на следующую цель, где спрятан тайник с 50000 долларов. Им остается сделать то, что они умеют лучше всего. Но все пошло не по плану с самого начала…Содержит нецензурную брань.
Мы сидим в подобии камеры смертников. Я – за террористическую антигосударственную деятельность. Поймали меня на ерунде, когда я пытался вплавь перебраться через Панамский канал, чтобы провести акцию протеста против программы «Еда в обмен на лояльность».
«Язона зацепило, когда он покупал сигареты в ларьке на Кутузовском. Привычно и сладко потянуло под желудком. Язон бросил мелочь на прилавок и обернулся. Еще полгода назад он счел бы это подарком судьбы. Мальчишке – губастому пацану в джемпере и дряхлых джинсах, в здоровенных кедах из пластика отечественного производства – было не больше четырнадцати…»
«Может быть, на всем огромном протяжении границы, которая отделяла владения французов от территории английских колоний Северной Америки, не найдется более красноречивых памятников жестоких и свирепых войн 1755–1763 годов, чем в области, лежащей при истоках Гудзона и около соседних с ними озер. Эта местность представляла для передвижения войск такие удобства, что ими нельзя было пренебрегать…»
Этот короткий рассказ – историческая фантазия о том, как старина Йозеф, восьмидесятивосьмилетний военный преступник, официально давно мертвый, сорок лет бывший в заключении, получает возможность сбежать из своей тюрьмы.
Один шаг – и ты покинул свой привычный мир. Один шаг – и ты остался без собственной тени. Некуда ступить, некуда идти, и лишь Луна всегда готова тебя принять такого, как ты есть. В сборнике «Последний путь» публикуются два рассказа и одна новелла, а также ряд стихотворений писателя Алексея Федянина. Добро пожаловать в место, где реальность мистична, а мистика реальна. И место это – твоя повседневная жизнь.
«Это было в конце августа, когда долгие знойные дни сменились короткими и прохладными, в саду на деревьях пожелтела листва, трава поблёкла, и целые дни в воздухе носилась тонкая серебристая паутина. Нас всех радовали ведренные дни, и мы тайно друг от друга грустили, прощаясь с летом и поджидая холодную осень с ненастными днями. Из Москвы вернулся дядя Володя, и с момента его приезда всем нам стало...
У каждого творца, независимо от сферы его таланта, рано или поздно возникает искушение: создать нечто эдакое «для вечности». Как будто только в этом и есть цель творчества. Как будто только в том и смысл жизни, чтобы о тебе всегда хоть кто-нибудь да помнил… Его можно давить в себе, это желание, не позволять ему разрастаться и овладеть собой, но не стоит забывать, о том, что оно всегда с нами, даже если...
История о судьбе двух братьев, живущих в постапокалиптическом мире. Обстоятельства складываются таким образом, что они вынужденно втягиваются в круговорот удивительных событий, в числе которых надвигающаяся мировая война между пятью новыми расами, населяющими этот мир.