«Сухой, оглушительный треск громового удара… Огненный зигзаг молнии прорезал тучу, отбрасывая мертвенный свет на воды Луары. Лошадь, запряженная в открытый экипаж, проезжавший по длинному мосту Блуа под ливнем дождя, в испуге взвилась на дыбы. Женский голос крикнул из экипажа: – Боже мой, мы пропали! – Да нет же, не бойтесь, – отвечал другой, твердый, голос. – Еще сто шагов, и мы будем у подъезда этого...
«Гриша, маленький, семилетний карапузик, стоял около кухонной двери, подслушивал и заглядывал в замочную скважину. В кухне происходило нечто, по его мнению, необыкновенное, доселе невиданное. За кухонным столом, на котором обыкновенно рубят мясо и крошат лук, сидел большой, плотный мужик в извозчичьем кафтане, рыжий, бородатый, с большой каплей пота на носу…»
Маленький мальчик в Темном Лесу. Что может Лягушонок против лютой Старухи Зимы и многочисленных демонов, жаждущих его крови? Сдаться, бежать прочь из Темного Леса или искать защиты у Древнего Прадеда – давно забытого Бога? Об этом короткий рассказ аббата Дж. Верта.
«Струны осеннего света пронизывали сквер, на легком ветру шевелились рыжие листья, было тихо, спокойно. Давняя война не затронула разбитый асфальт и два ряда старых кленов вдоль него. Словно затаился здесь островок прежней жизни…»
«…Вообще автору удается редко подлинно художественный, естественный диалог. Зато описания – превосходны. Те места, где говорится о переправе белых и боях на берегу реки, о налетах во вражеские окопы, на броневики – эти места великолепны! Быт зарисован настолько полно и верно, что за бойцом-серошинельником не чувствуешь только автомата и воина, а постоянно видишь подлинно живого человека со всеми его...
«– У вас крепкие нервы, – сказал Филлат Джису, – а вы очень лениво тратите их на безопасные путешествия, сомнительные интриги, дуэли и кутежи. Отчего вы никогда не спросите хотя бы у меня, не могу ли я показать вам что-нибудь незабываемое, нечто решающее для вас? – Разве есть что-нибудь в этом роде? – быстро подхватил Джис. Этот разговор происходил в единственной гостинице маленького городка К....
Жизнь бывает непредсказуемой, однако не до такой же степени… Причудливые повороты судьбы просто удивляют. Загадочный калейдоскоп событий с юмором, мистикой и гротеском.
«Нина Никитина вошла в большой прохладный вестибюль. На его пороге кончалась власть климата, времен года и суток. Бушевала ли над Ленинградом зимняя вьюга, или беспощадно палило июльское солнце, в новом здании Института экспериментальной медицины был свой постоянный климат с твердо установленной температурой и влажностью. После уличного зноя начисто отфильтрованный воздух освежал, как морской бриз…»
В первый сборник проекта «Лабораторная работа» вошли стихотворения и песенные тексты участников музыкального сообщества «Rocklab», 2011 г. Авторы: Глю Кин, Катя Плетнёва, Михаил Репешко, Павел Серяков и др. Рецензенты: Александр Житинский, Юлия Неволина, Дмитрий Ревякин, Вадим Самойлов. Переиздание по материалам Rocklab.ru и lr.is81.ru.
Накануне, за день до лавины было совершенно ограбление инкассаторов, сотрудников TRAVEI SITI, компании по продаже билетов. Обнаружены два кровавых трупа…
«…Корнилов – ось русского послереволюционного бытия. Наша внутренняя ось, вокруг которой вертится все. Другой нет никакой. И если будет воскресение России – оно будет в том, как остатки нации изгнания, точно лохмотья живого знамени, сочетаются в одно с нацией…»
`Вся моя проза – автобиографическая`, – писала Цветаева. И еще: `Поэт в прозе – царь, наконец снявший пурпур, соблаговоливший (или вынужденный) предстать среди нас – человеком`. Написанное М.Цветаевой в прозе отмечено печатью лирического переживания большого поэта.
Производитель:
Азбука-классика
Дата выхода: декабрь 2008
«– Почтеннейшая публика, прекрасные дамы и милостивые господа! Я тоже, с вашего позволения, расскажу свою историю, из которой вы ясно увидите, как непрочна земная красота и как хрупка и преходяща слава. Этот голос раздался из самой глубины обширной помойной ямы, где в кислой, вонючей тьме догнивали остатки овощей, картофельная шелуха, безобразные тряпки, кости, веревки, лимонные корки, бумажки, окурки и...
«Лавр! Что может быть восхитительнее того, что этим звуком в нашем представлении вызывается! Символ всего высокого; символ высоких достижений и высоких признаний; символ высоких полетов, заоблачных парений. «Грозная вьюга вдохновенья», «облеченная в святой ужас и блистание глава», «смущенный трепет» и «величавый гром других речей». Какие только картины не встают в воображении нашем при воспоминании о...
«…Черновиков у Савина, можно сказать, совсем не было. Стихи он начинал писать на обертке финских сигарет, а потом садился сразу за машинку, продолжая писать, почти ничего не исправляя. Самой главное и важное, что Иван Савин был поэтом Божьей милостью, попавшим в русскую смуту, которую он сумел так ярко и глубоко описать…»
«Прожив добрый десяток лет в этом старом доме, Клара Пек сделала поразительное открытие. На лестнице, что вела на второй этаж, прямо над головой… Обнаружился лаз в потолке. – Вот так штука! Она поднялась на один пролет, приросла к лестничной площадке и недоуменно уставилась в потолок, не веря своим глазам…»
Эта книга – мечта о жене, о сыне и о дочке. Посвящается тем, кого очень сильно люблю, тем, о ком так долго мечтал и кто сейчас рядом со мной, тем, без кого не могу жить – моей семье.
«Эта милая, веселая птичка никогда не остается у нас зимою. Лишь только наступят холодные дни и листья на деревьях начнут желтеть и увядать, она улетает далеко-далеко туда, где так тепло греет солнышко и в то время, когда у нас стоят холода и морозы…»
«Каждый человек окружен завесой. Вадик знал об этом не понаслышке. Ее первые признаки появились, когда ему было около года. По мере его развития завеса продолжала уплотняться. Эта завеса имеет цвет, запах, вкус, бесконечную перспективу. Она соткана из субстанций различной плотности. Иногда из пустоты. Бывает, что она представляет собой вторичный продукт – «игру воображения» или сны. Но даже если человека...
«…В это время стоявшие под Сахарной казаки надумали осуществить свой дьявольский план. Они видели, что дальше к Каспию открываются голые степи, что удерживаться будет чем дальше, тем трудней – там мало хлеба, мало лугов, трудно добывать питьевую воду. Уж если действовать, так действовать только теперь. И они решились