«Он был моим соседом по даче. Я сидел на своей террасе и пил чай, он – на своей и был углублен в фотографии. Неожиданно он повернулся ко мне и спросил: – Вы пописываете в газетах?..»
«Весна действует одинаково выпирательно как на петербуржца, так и на москвича. С самого Пафнутия Боровского (по-московски), т. е. с первого числа мая (по-петербургски), и тот и другой лезут вон из города, москвич сухопутьем, загромождая своим скарбом узкие улицы и вывихнувшиеся переулки, петербуржец – водою, вдоль многочисленных каналов, речек и речонок, покрытых живописно разбросанною разноцветною...
«В 1840 году, по дороге из Ревеля в Гапсаль, тащилась на восьми или девяти маленьких чухонских лошадках тяжелая дорожная карета, нагруженная важами и чемоданами. В карете сидели три женщины: дама средних лет, почти старушка, молодая девушка – ее дочь, и горничная. Госпожа Глинская наружностью своей принадлежала к числу тех старых дам, которых встретите везде: на бале, на гуляньях, и которые все как-то...
Когда-то давно могущественные титаны, путешествуя по вселенной и наводя на каждой планете, где возможна жизнь, порядок, посетили небольшую планету Тейлс. Они, как и во всех остальных мирах, оставили там существ, которые должны были поддерживать порядок и не допускать распространения хаоса. На Тейлсе ими оказались два бога, бог жизни Арес и бог смерт Керберс. Также титаны позаботились о силе...
«…Жаров весь день кружится у машины – осматривает гайки и винты, ощупывает, привертывает, смазывает, приглаживает ее, как любимого человека… Он приходил сюда с техником, и целых полтора часа они простояли над машиной, заглядывая и прощупывая со всех сторон, или, лежа на спине, подползали под широко раскинутые крылья и снова высматривали, щупали, мазали холодные винтики, гайки, болты. Жарову хорошо знакомо...
Их появление предсказано в незапамятные времена. Три всадника постапокалипсиса, что вернут Солнце погруженному во мрак и холод миру. И пусть одному из них неведомы человеческие чувства, второй – более безумен, чем гениален, а третья – хрупкая девушка, научившаяся убивать раньше, чем ходить, они – команда. Рано или поздно они заставят Солнце взойти над обледеневшей Землей, если, конечно, прежде не спалят...
Если вы страдаете такой болезнью, как гипертония, то вам необходимо знать, не только от каких продуктов вам следует отказаться, но и наоборот – какие продукты полезно употреблять в пищу, а также какие блюда можно из этих продуктов приготовить. Книга поможет выбрать рецепт, который будет не только полезным, но и вкусным, и мы надеемся, что это блюдо станет для вас целебным.
Производитель:
Рипол Классик
Дата выхода: сентябрь 2013
«…С удовольствием прочитав в вашей уважаемой газете несколько случаев излечения земляникой, прошу принять и от меня случай, имеющий, как мне кажется, очень важное общественное значение. В прошлом году, в июне месяце, я нечаянно, в не трезвом виде, упал и сломал себе руку. Так как время было земляничное, то я и ел всё время землянику. И что же? Благодаря землянике, сломанная рука не замедлила срастись!..»
«Это очень страшное слово – «лешачиха». Я его потом, пожалуй, ни разу и не слышала. А тогда, в раннем моем детстве, познакомилась я с этим словом в связи с очень таинственной историей, каких больше на свете вовсе не бывает. Об этой истории и хочу рассказать…»
Оказывается, для того, чтобы быть хорошим предсказателем не надо иметь даже богатую фантазию. Достаточно общепринятых штампов. И все верят тебе. Но стоит тебе действительно заглянуть в будущее и все перестанут доверять твоему провидческому дару…
– Может ли одна книга перевернуть мир? – Может, – уверены олимпийские боги. – А сможет эту книгу найти Алексей Сизоворонкин? – Если не ты, то никто! – напутствует его Зевс-громовержец. – Ну, не найду, так хоть прогуляюсь. На людей посмотрю да себя покажу. Ему, бухгалтеру и полубогу, есть что показать. Особенно прекрасным незнакомкам…
«…Она была высокой и тонкой, а в последние свои дни на земле – даже исхудалой. Тщетно старался бы я описать величие и спокойную непринужденность ее осанки или непостижимую легкость и грациозность ее походки. Она приходила и уходила подобно тени. Я замечал ее присутствие в моем уединенном кабинете, только услышав милую музыку ее тихого прелестного голоса, только ощутив на своем плече прикосновение ее...
«…Потом сидели родственным кружком, выпивали. Студент тоже сидел вместе со всеми; он попробовал было отказаться, но на него обиделись самым серьезным образом, и он сел. Отец Лиды – чернявый человек с большой бородавкой на подбородке и с круглой розовой плешиной на голове, с красными влажными губами, – прищурившись, смотрел на дочь. Потом склонялся к квартиранту, жарко дышал ему в ухо, шептал…»
Синее море улыбается ласковой доброй улыбкой и тихо-тихо поет. Точь-в-точь любящая мать, укачивающая свое дитя в колыбели. В беседке душно. Белые цветы акации уже отцветают. Их матовыми лепестками покрыты скамейки и пол. Небо голубеет в промежутке кружевных кустов. Всюду разливается чистая, радостная весенняя ласка. Лидианке жарко…
Леонид Иванович Добычин – талантливый и необычный прозаик начала XX века, в буквальном смысле «затравленный» партийной критикой, – он слишком отличался от писателей, воспевавших коммунизм. Добычин писал о самых обычных людях, озабоченных не мировой революцией, а собственной жизнью, которые плакали и смеялись, радовались маленьким радостям жизни и огорчались мелким житейским неурядицам, жили и умирали.
«Солнце садилось за бор. Тележка, звякая бубенчиками, медленно двигалась по глинистому гребню. Я сидел и сомнительно поглядывал на моего возницу. Направо, прямо из-под колес тележки, бежал вниз обрыв, а под ним весело струилась темноводная Шелонь; налево, также от самых колес, шел овраг, на дне его тянулась размытая весенними дождями глинистая дорога. Тележка переваливалась с боку на бок, наклонялась то над...
«Артём Клементьевич Голубенский после трудов праведных любил расслабиться в компании приятелей, среди которых обычно бывали и высокопоставленные чиновники, и сотрудники администрации президента, и губернаторы. В ближний круг входил и мэр Тюмени, сорокачетырёхлетний Борис Ханюкович, с которым Голубенского связывали общие интересы, а именно – разработка нефтяных месторождений на Севере Сибири…»
«Длинная, длинная лестница. Может быть, потому такая длинная, что Неволин идет медленно-медленно. Он боится. Он не знает, чего боится, не думает, ни о чем не спрашивает себя. Он боится потому, что идет к женщине, которую любит, искренно и давно. Он долго не видал ее, она была больна и не позволяла ему прийти к ней. Елена Николаевна жила одна, с молчаливой старой теткой. Юная и веселая, свободная (она овдовела...